— Прости, — бормочу я. — Почему она не в Роще?

Она на мгновение отводит взгляд.

— Её самец погиб в прошлом году на Играх. Благословение каждый раз напоминает ей о том, что она потеряла.

— О боги, мне так жаль, — говорю я Селесте.

— Ну, я говорю «погиб», но это больше похоже на убийство, не так ли?

— Что?

Она подходит ближе ко мне.

— Ты здесь, чтобы помочь выяснить, кто крадёт яйца?

— Я уже говорила тебе. — Я пытаюсь отступить, но она хватает меня за руку.

— У меня нет союзников, но я всё равно попытаюсь помочь. — Она смотрит на своего дракона. — Король должен быть замешан, я уверена, и если я помогу, я хочу отомстить за её самца. Это меньшее, что я могу сделать, понимаешь?

— Король?

— Этот ублюдок охотится на нас, дракориев, годами, он хочет уничтожить нас и забрать наших драконов. Кто ещё осмелился бы попытаться забрать яйца драконов?

В её словах есть смысл.

— Как мы можем пойти против короля, если он стоит за этим?

— Я не знаю, но мы должны попытаться. Наши драконы умирают.

Почему-то я начала считать их своими.

— Хорошо.

Она кивает и отпускает мою руку. — Что теперь?

— Мне нужно всё рассказать Рохану. Надеюсь, он не убьёт меня за это.

— Убить тебя? — Она поднимает бровь. — По тому, как он на тебя смотрит, я бы не боялась, что он убьёт тебя, если только не своим членом, — бормочет она.

Я замираю, щёки краснеют.

— Это… мы не… это не так!

— Ммм.

Мы расходимся, договорившись встретиться снова. По дороге обратно я смотрю на ночное небо. Звёзды то и дело мерцают, и мне интересно, это Дрогонах заставляет их мерцать или причина в чём-то другом.

Спасут ли они меня после того, как я скажу Рохану, что Сигрид знает правду? Помогут ли они…

— Лучше бы ты не наябедничала на меня, сука!

У меня стынет кровь, когда я поворачиваюсь и вижу Дарсию, идущую ко мне. Её глаза пылают.

Я делаю шаг назад, сердце болезненно колотится.

Я убью тебя.

Боги, мне не следовало идти одной.

— Я не наябедничала, клянусь, ах, — кричу я, когда она обеими руками хватает меня за волосы под капюшоном и дёргает.

— Ты тупая сука.

— Отпусти меня! — кричу я, кожа головы горит.

Она бросает меня в сторону, я перекатываюсь и останавливаюсь. Затем она снова оказывается на мне, мой капюшон слетает.

Она даёт мне пощёчину и хватает за горло. Я царапаю её руки, пытаясь вырваться, пока она кричит на меня. Я даже не могу разобрать её слов.

— Дарсия, не здесь, — шипит Ретт, подходя к нам.

— Всё пошло к чертям из-за тебя! Тебе просто нужно было оказаться в Яме, да? Просто быть там с нами! Да?! — кричит она, глаза горят яростью, светлые волосы растрёпаны.

— Я ничего плохого не делала! — хриплю я, ноги дёргаются.

Она намного сильнее меня.

— Дарсия! — зовёт Ретт. — Они услышат!

— Она умрёт сейчас, Ретт. Её не должно было быть в живых. Всё шло как надо. Все мои усилия будут напрасны. Она должна была провалиться под лёд в озере вместе с Серой после того, как я ударила её.

У меня звенит в ушах.

Она ударила Серу? Она чуть не отправила её под лёд?

Во мне разрастается гнев, и мои руки оказываются на её лице. У меня вырывается крик, когда я изо всех сил царапаю её, пытаясь поджать под себя ноги, чтобы сбросить её.

— Ай, ты сука… — её голова поворачивается в сторону, и она падает с меня.

Я хватаю ртом воздух, лёжа в грязи, схватившись за горло и кашляя.

— Эй! Почему бы тебе не выбрать кого-нибудь своего размера? — Я слышу голос Тофы и поднимаю глаза, видя, как она бьёт Дарсию, и из носа той мгновенно брызжет кровь. — Ты сука!

— Тофа? — Калиан бросается к ним и оттаскивает Тофу от Дарсии, пока та кричит, держась за окровавленный нос, а Ретт с широко открытыми глазами стоит позади. — Что происходит?

— Иди и сразись со мной, тогда посмотрим, как тебе это понравится, — кричит Тофа. Я делаю глубокие вдохи, пытаясь набрать больше воздуха. — Посмотрим, кто победит, Дарсия? Давай, брось мне вызов!

— Успокойся, Тофа, — говорит ей Калиан.

— Нет. — Она царапает руки Калиана, вырываясь из его хватки, когда он поднимает её над землёй, её ноги болтаются в воздухе. — Отпусти меня!

— Что происходит?! — Рёв внезапен и резок, и все мы смотрим на Рохана и собравшуюся толпу, среди которой есть даже некоторые драконы.

Даже Дрогонах подошёл, его голова возвышается над толпой, и он внимательно наблюдает.

О нет.

Я быстро натягиваю капюшон, прикрывая уши, но другие смотрят на меня, широко раскрыв глаза.

— Рохан, — плачет Дарсия, вставая и держась за кровоточащий нос, слёзы текут по её лицу. Ретт всё ещё не двигается, его лицо бледное. — Она напала на меня. — Она указывает на Тофу.

— Пошла ты! — Она вырывается из хватки Калиана, пока он отвлекается, бросается к Дарсии и валит её на землю, снова ударяя.