Я поджала под себя ноги и прижала к груди миску с мороженым. Чувствовала себя разваренной лапшой. Но в самом приятном смысле, если такое вообще возможно. Я попыталась включить стриминговый сервис, но снова получила сообщение об ошибке. Наверное, опять пропал вайфай.

— Да, звучит хорошо, — сказал Кол, прижав телефон к уху. — Утром заедем.

После наших вечерних забав мы, возможно, немного потеряли счет времени. Все закончилось долгим приятным душем, и мы едва не пропустили звонок Скай перед отбоем у Оуэна. К счастью, успели в последнюю минуту.

Я улыбнулась, откинулась на спинку дивана и уставилась на мороженое. Воспоминания о сегодняшнем вечере снова нахлынули на меня.

Кол закончил разговор, положил телефон на журнальный столик и подтянул мои ноги к себе на колени.

— Чему улыбаешься?

Я широко ему улыбнулась.

— Мне нравится извращаться с тобой.

Уголок рта Кола дернулся, пока он начал массировать мою ступню.

— Извращаться, значит?

— По-моему, то, что мы делали, вполне подходит под это определение, — возразила я.

Он тихо рассмеялся.

— Справедливо. Ты все еще хорошо себя чувствуешь?

— Гораздо лучше, чем просто хорошо.

Я встретилась с ним взглядом и не отвела глаз, чтобы он понял: я говорю всю правду.

— Я чувствую себя свободной. Не могу объяснить, но это помогло мне что-то стереть. Вернуть себе право отпускать контроль, пусть даже всего на мгновение.

— Мне это так нравится, Феникс. Чертовски сильно.

И тогда я осознала. Я счастлива. Несмотря на всю тьму, клубившуюся вокруг, я была безмятежно счастлива. Даже больше. Я ощущала покой.

Телефон звякнул, и мне пришлось подавить желание сердито на него посмотреть. Я не хотела, чтобы кто-то вторгался в мой счастливый пузырь. Прочитав сообщение, я выругалась себе под нос.

Кора: Я у ворот.

— Что там? — спросил Кол.

Я поморщилась.

— Забыла, что позвала Кору после смены. Хотела убедиться, что с ней все хорошо.

Кол лишь улыбнулся и потянулся за телефоном, чтобы открыть ворота. Затем встал и быстро меня поцеловал.

— Сделаю и ей мороженое с добавками.

Господи, он был слишком добр ко мне. Чертовски понимающий.

Я поставила миску на журнальный столик.

— Я выгляжу так, будто только что занималась сексом? — крикнула я в сторону кухни.

Ответом мне стал низкий рокочущий смех.

Я проворчала что-то себе под нос и зашла в гостевой туалет, чтобы взглянуть на себя в зеркало. Снова поморщилась. Щеки розовые, волосы похожи на птичье гнездо, а взгляд слегка затуманенный.

Я сняла резинку с волос и попыталась исправить хотя бы то, что могла. Когда вышла из туалета, снаружи хлопнула дверца машины. Ну и ладно. Лучше уже не будет.

Воздух прорезал крик, и я застыла посреди шага. Затем раздался вопль. И еще один крик.

Кол мгновенно оказался в прихожей, на ходу влезая в обувь и распахивая ящик комода у стены. Он достал черную коробку и прижал пальцы к крышке. Та открылась, показав пистолет.

Желудок ухнул вниз, меня захлестнул страх.

— Оставайся внутри, — приказал он.

— Кол, — выдавила я.

— Останься внутри, — взмолился он.

Я быстро кивнула.

Кол распахнул дверь, и в тот же миг Кора, держась за бок, пошатнулась на ступеньках крыльца.

— Что случилось? — рявкнул Кол.

Окровавленный складной нож выпал из ее руки и со звоном упал на крыльцо. Она в панике посмотрела на нас. Сквозь светло-голубую рубашку проступала кровь.

— Он меня ударил ножом, — с трудом произнесла она. — Но я тоже его достала, — прохрипела Кора. — Начала… носить… для защиты.

— Занеси ее внутрь! — крикнула я. — Нужно осмотреть рану.

Кол помог Коре войти, продолжая оглядываться в поисках нападавшего, а затем запер дверь. На ступеньках остался лишь окровавленный нож. Мы поспешили усадить ее на диван.

— Черт, черт, черт, — пробормотала я, увидев, как кровь хлынула сильнее. — Принеси полотенце.

Кол бросился на кухню, а я осторожно приподняла рубашку Коры. Ее лицо исказилось от боли. Поперек живота тянулся глубокий багровый порез. Вряд ли лезвие задело внутренний орган, но рана точно была достаточно глубокой, чтобы потерять чертову уйму крови.

Кол вернулся и бросил мне полотенце.

— Спасибо.

Он впился взглядом в Кору.

— Кто? — потребовал Кол. — Кто это был?

Я прижала полотенце к порезу, и лицо Коры снова исказилось от боли.

— Тот журналист. Это был Риз.

52 Кол

Все мое тело гудело, мышцы дрожали от ярости и напряжения. Я из последних сил держал себя в руках. Мне следовало догадаться. Какая-то часть меня и знала, но я должен был надавить сильнее. Попросить Декса еще раз проверить компьютер этого ублюдка.

Но я этого не сделал.

Я слишком сосредоточился на Трэвисе. Был уверен, что тот обманул смерть и вернулся, чтобы снова нас уничтожить. Или что его преступления породили какого-то извращенного подражателя.

Гребаный ад.