Мы спускаемся по лестницам все ниже и ниже. Воздух становится затхлым, пахнет сыростью и плесенью. Фолк со скрежетом открывает тяжелую железную дверь и пропускает меня в пыльный, затянутый густой паутиной подвал.

Я делаю шаг внутрь и замираю. Внутри меня все холодеет от профессионального ужаса.

— Ваша персональная лаборатория, леди. Ни в чем себе не отказывайте.

Это не лаборатория. Это какая-то пыточная из темных веков!

На грязном, покосившемся столе разложены инструменты, от одного вида которых мне, как хирургу, хочется кричать. Ржавые щипцы. Тупые, зазубренные пилы. Покрытые серым налетом колбы.

— Что это за мусорка? — шиплю я, чувствуя, как внутри закипает чистая ярость.

Фолк откровенно ржет мне в лицо.

— Вы же не пользуетесь магией, леди. Зачем вам тонкие артефакты? Вам и одной пилы достаточно.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не взорваться.

Оперировать сложнейший фиброз стекловидного тела этими кусками ржавого железа — все равно что пытаться починить швейцарские часы кувалдой!

Этим мусором я не просто не вылечу Рейнхарта, я окончательно сделаю его слепым.

— Я врач, а не мясник, — ледяным цежу я, разворачиваясь к Фолку. — Мне что-то слабо верится, что это и есть та самая передовая лаборатория, за которую так трясся Ректор Олридж. Я знаю, что в Академии есть передовое оборудование. Веди меня туда.

— С тебя хватит и этой, пустышка, — огрызается он.

— Покажи мне ее, — настаиваю я, — Немедленно. Или я пойду к Генералу и скажу, что вы с ректором саботируете его приказ.

Упоминание Слепого Палача заставляет Фолка нервно сглотнуть. Его ухмылка сползает, но в глазах мелькает злое торжество.

— Хочешь посмотреть на настоящую лабораторию? Хорошо! — выплевывает он.

Мы поднимаемся из подвала на верхние, залитые солнцем этажи Академии.

Фолк распахивает передо мной высокие двустворчатые двери, и я зажмуриваюсь от обилия света.

Именно тут, за стеклянными дверями, я вижу то, что искала. Огромный светлый зал. На идеально чистых столах сияют кристаллы-линзы потрясающей огранки — готовые микроскопы!

В стерильных лотках лежат тончайшие, изящные иглы и скальпели из переливающейся стали, лезвия которых тоньше человеческого волоса.

Мое сердце хирурга радостно сжимается.

Это оно! То, чего мне так не хватало!

Я делаю шаг к дверям, но путь мне преграждают.

Из лаборатории выходит группа надменных студентов-старшекурсников в белоснежных мантиях, а во главе них — дородный, увешанный амулетами мужчина.

— Фолк, потрудитесь объяснить, что здесь делает этот мусор? — его голос сочится высокомерием. Он оглядывает меня с головы до ног, словно я заразная крыса.

— Господин главный целитель, магистр Бран, — подобострастно кланяется Фолк, — прошу прощения. Просто наша “уважаемая” гостья хотела увидеть настоящую лабораторию. Но мы уже уходим.

— Никуда мы не уходим, — твердо отвечаю я, не опуская взгляда. — Мне нужен доступ к этой лаборатории и инструментам. По прямому приказу Генерала Штерна.

Бран багровеет.

— Приказ Лорда-куратора касается вашего зачисления, а не разграбления священных залов Академии! — рявкает он так, что студенты за его спиной испуганно замолкают. — Сюда допускаются только одаренные целители пятого уровня! А не бездарные девки, попавшие сюда по блату и раздвигающие ноги перед начальством! Убирайтесь в свой подвал!

***

Обратите внимание на еще одну книгу нашего моба:

Ольга Ли "Разведённая лекарка. Дракону нужна!"

11. Смерть от исцеления

Меня трясет от возмущения и бессильной ярости. Я стою в шаге от оборудования, способного спасти зрение Слепому Палачу, но эти напыщенные индюки в белых мантиях готовы удавиться из-за своего снобизма!

— Я требую предоставить мне рабочее место, — твердо повторяю я, игнорируя смешки старшекурсников за его спиной. — У меня прямой приказ Лорда-куратора.

— Ваш приказ, леди, можете оставить при себе, — надменно кривит губы Бран. — Эта лаборатория не вашего уровня и точка. Не говоря уже о том, что прямо сейчас здесь начнется практическое занятие для старших курсов. Пошла вон, пока я не вызвал охрану!

Я открываю рот, возмущенная до глубины души этой непробиваемой, чванливой тупостью, но в этот момент тяжелые двустворчатые двери с грохотом распахиваются, ударяясь о стены.

— Помогите! Срочно! Магистра Брана! — истошно орет кто-то.

В лабораторию вваливаются несколько солдат. На руках они несут молодого парня в разорванной тренировочной форме. Его грудная клетка представляет собой жуткое зрелище.

Мой взгляд врача мгновенно сканирует повреждения.

Бледность, прерывистое, поверхностное дыхание, кровавая пена на губах. На груди — чудовищная гематома и глубокая рваная рана.

— Что случилось?! — рявкает Бран, мигом забыв обо мне. Студенты в ужасе расступаются.

— Тренировочный голем вышел из-под контроля! — задыхаясь, докладывает один из стражников, пока парня укладывают прямо на ближайший мраморный стол. — Удар пришелся прямо в грудь!