— Ну да, конечно, — отозвался тот, теперь чуть менее уверенно. — Фотография в удостоверении уже довольно старая, и я подумал — кто-то ведь должен опозна…

— Хотя бы психолога вызвали?

— Нет, я думал…

— Молчите! Не желаю больше слышать ни слова!

Этому олуху, того и гляди, понадобится инструкция, как дышать.

Пуласки посмотрел на парковку.

Вот же дерьмо!

Госпожа Хинце — на шпильках, в пальто с меховым воротником под тигра — как раз выбиралась из такси.

Самые свежие детективы и триллеры — на торрент-трекере «NoNaMe Club»

ГЛАВА 3

Смена пола… вот это поворот!

Эвелин склонила голову набок.

— То есть вы хотите… стать женщиной?

Краем глаза она заметила, как Фло разглядывает молодого человека — без особого, впрочем, удивления, словно с самого начала об этом догадывался.

— Я и есть женщина, — сказал Михаэль Коттен. — Глубоко внутри я это чувствую.

— Чувствуете, что родились не в том теле?

Коттен поморщился.

— Скажем так: в моём теле есть кое-что, что ощущается пока неправильно.

Эвелин окинула взглядом узкие джинсы, ботильоны и свитер — наряд стильный, но не сказать, чтобы непременно женский.

— Я не трансвестит, который расхаживает в кричащих платьях, на шпильках, в парике и с вызывающим макияжем, — добавил Коттен, явно перехватив её взгляд. — Я трансгендер, или трансидент, если угодно. И хочу не просто выглядеть как женщина, а прежде всего жить ею — и чтобы со мной так и обращались.

Эвелин подумала о видеозаписи.

— Это, разумеется, осложняет дело. В таком случае на видео вполне могли быть и вы.

— Не мог, — возразил Коттен. — Меня действительно влечёт к мужчинам, но не потому, что я гей, а потому, что я гетеросексуальная женщина. А на видео отчётливо виден анальный половой акт двух геев.

Так-так, вот, кажется, где зарыта собака!

Эвелин подалась к краю кресла.

— Когда вы приняли решение сменить пол?

Коттен почти не задумывался.

— Если вы ждёте, что в детстве я играл в куклы, — придётся вас разочаровать. Зато ребёнком я уже увлекался модой и фотографией, музеями, искусством, литературой — и до сих пор увлекаюсь. Но если отвечать по существу: решение я принял три года назад.

Последнюю фразу Эвелин слушала уже вполуха. Мысли были о другом.

Увлекается фотографией?

Она невольно скользнула взглядом по стене, где висели большие репродукции Энни Лейбовиц в рамах — пройти мимо них было невозможно. Чёрно-белые портреты Джона Леннона, Кита Ричардса и Сьюзан Сарандон — кадры, которые благодаря обилию деталей выглядели на редкость выразительно.

И только теперь Эвелин обратила внимание, что Коттен ни разу даже не удостоил их взглядом. Она отмахнулась от этой мысли.

— Главной уликой против вас будет именно эта запись. Поэтому для успешной защиты крайне важно, насколько далеко вы продвинулись в своей трансформации. Мне придётся задать несколько весьма деликатных вопросов.

— Не стесняйтесь. К этому я привык на психотерапии.

— Когда трансформация началась?

— Три года назад. Мне было двадцать. Сначала пришлось предоставить клинико-психологическое заключение, потом урологическое, после — несколько приёмов у психотерапевта, а затем у психиатра.

— У психиатра?

— Чтобы исключить психическое заболевание. Дальше — психотерапия и год так называемого «теста повседневностью», когда живёшь как женщина.

— И каково оно — жить женщиной? — спросил Фло, стоявший сбоку у окна, скрестив руки на груди.

— Пришлось научиться нести последствия женского быта. Иногда тебя дискриминируют или задают унизительные вопросы — вроде вашего, например.

Туше.

Фло промолчал.

— И приходится смириться с тем, что детей родить не сможешь, — добавил Коттен.

Фло по-прежнему молчал, но, в отличие от него, последний пункт Эвелин вполне могла понять.

— А для вас это проблема — что вы не сможете выносить ребёнка?

— Для меня нет. Для других — да.

— И что было дальше?

— Восемь месяцев ждёшь приёма в трансгендерной амбулатории при Общегородской больнице — а потом денситометрия, анализы крови, гормональная терапия.

— Вы её уже начали?

Коттен кивнул.

— Принимаю эстрогены и тестоблокаторы — те подавляют выработку тестостерона.

— Пока что незаметно, — вставил Фло.

Коттен на него даже не взглянул.

— Это занимает время. Пропадает оволосение, кожа становится мягче, начинает расти грудь, жир перераспределяется с плеч на бёдра.

— А борода?

— Удаляется лазерной эпиляцией.

— Голос?

— Некоторые сбривают кадык, чтобы не выпирал. — Коттен пожал плечами. — По-моему, это лишнее. Для меня важнее занятия с логопедом — чтобы голос смягчился.

— Звучит как чертовски тяжёлый путь, — заметила Эвелин.