Я ворочаюсь с боку на бок; даже шум дождя нисколько не успокаивает. Ночь тяжелым грузом давит на легкие, грозя задушить. Я переворачиваюсь на бок, прижимаясь горячей щекой к вытянутой руке — подушки давно сброшены с кровати. Ветер такой сильный, что дождь хлещет в окно под углом, накатывая сплошными стенами воды. Из-за конденсата стекло затуманилось, превратив город в миллион цветных пятен. Мне кажется, я почти чувствую, как здание раскачивается на ветру.

Что было бы, если бы я упала с такой высоты? Разорвало бы мое тело по швам во время падения? У меня возникает безумное желание вскочить с постели, распахнуть окно и выброситься наружу. Словно бездна зовет меня. Словно она может омыть меня дочиста и создать заново.

— Иди спать, — умоляю я саму себя, крепко зажмурившись. — Иди спать, Кэтрин.

Но из темноты мне отвечает рокочущий голос Орфея.

Мы скоро увидимся снова.

Внезапное давление на матрас заставляет меня резко распахнуть глаза.

Надо мной нависает черная фигура, наполовину опирающаяся на кровать и смотрящая мерцающими желтыми глазами.

Я открываю рот, чтобы закричать, но прохладная рука зажимает мне рот. Звук умирает в горле.

Как только он дотрагивается до меня, я всё понимаю.

То, что показалось мне демонически-желтым взглядом, выцветает, становясь мягким медовым. Глаза привыкают к темноте, и вот он здесь: опирается одним коленом на матрас, его тело изогнуто надо мной, словно защищая, а волосы падают вокруг нас серебряным водопадом.

Он убирает руку от моего лица.

— Орфей, — ахаю я. — Какого черта? Как ты здесь оказался?

Он смотрит на меня сверху вниз.

— Я соскучился.

Я приподнимаюсь на локтях и отодвигаюсь назад; мне нужно получше его разглядеть, чтобы понять. Он же был в спящем режиме. Иэн передумал и прислал его сюда?

Орфей остается на месте, опершись одним коленом на кровать, сгорбив плечи, по-звериному.

— Я же говорил, что мы встретимся снова.

— Но ты же был… — шепчу я. — Я думала, я…

— Думала, что выключила меня? — заканчивает он за меня. — Того, что вы с Иэном понимаете обо мне, не хватит, чтобы заполнить и наперсток. — Его голос низкий и гипнотический. Он полностью забирается на кровать, и вес его тела продавливает вмятины в матрасе, пока он придвигается ко мне.

Мое дыхание перехватывает от предвкушения. Я хотела его всю ночь. Я места себе не находила в этих простынях, представляя его тяжесть на себе, его губы на своей коже, желая, чтобы он был здесь. И вот он здесь, и я не могу не задаться вопросом: не я ли сама его призвала, не была ли моя тоска настолько сильной, что я силой мысли материализовала его в своей постели.

— Я мог бы сказать о тебе то же самое, — продолжает Орфей, нависая надо мной. В свете его волосы отливают синевой. — В тебе скрыты глубины, Кит.

Мое тело тянется к нему — магнетически, неизбежно. Я едва улавливаю смысл его слов; мне бы куда больше хотелось раствориться в нем и напрочь забыть о мыслях.

— Что ты имеешь в виду?

— В глубине души ты уже знаешь. — Он медленно тянется ко мне, проводя костяшкой пальца по моей челюсти, пока не задевает ухо. — Прости, если напугал тебя.

Я дрожу, с губ срывается жадный выдох. Мир вокруг расстилается мягким и прохладным, словно я плыву в безмятежном океане, а успокаивающие воды баюкают мою голову. Стук сердца, шум крови в ушах, дождь по стеклам, транспортные дроны — всё стихает. Всё отступает на задний план.

Остается только он.

— Ты меня не напугал. Я надеялась, что ты придешь.

— Хорошо, — говорит он. — Тебе никогда не нужно меня бояться.

— Ты тогда так и не ответил, — говорю я, потянувшись к нему и зарываясь пальцами в волосы на его затылке. Кажется таким правильным делать это. Естественным, инстинктивным. — Когда я спросила, знакомы ли мы.

Его губы в паре дюймов от моих.

— У душ есть способы встречаться, не имеющие ничего общего с расстоянием. Я наблюдал за тобой годами. Я взывал к тебе. И теперь, в этом месте, ты наконец можешь меня слышать.

Мой мозг закорачивает, мысли на мгновение запинаются и останавливаются. О чем, блядь, он вообще говорит?

Орфей ласково прикасается пальцем к морщинке между моими нахмуренными бровями.

— Вспомни каждый прекрасный сон, который тебе когда-либо снился. Сны, в которых ты чувствовала себя как дома.

Я сглатываю ком в горле.

— Но как это…

— Тебе казалось, что ты заглядываешь в какое-то далекое, недоступное место. В какой-то прекрасный мир, который не был реальным.

Мое возбуждение быстро угасает, сменяясь настороженностью и замешательством.

— Я потеряла нить.

— Ты спросила, знакомы ли мы. Ответ — да. Ты слышала мой голос, льющийся сквозь солнечный свет твоих снов. Ты видела мое лицо, скрытое в тенях твоих кошмаров. А я давно за тобой наблюдаю. Ты — редкость. Ты идеальна.