— За меня заплатят, — сказала я, глядя ему прямо в выпученные глаза. — Но выкуп платят только за нетронутых принцесс. Так что держи руки при себе, будь любезен, и людям свои скажи, чтобы не распускали.

Разбойник ухмыльнулся.

Разбойники торопились. Меня связали, в рот мне запихали вонючую тряпку, и запихнули обратно в карету, предварительно вытащив оттуда так и не пришедшую в сознание Эссу. Я мычала, пыталась помешать им выбросить из кареты Эссу, но получила тычок в живот, ничего так и не добившись.

Меня повезли в сторону, противоположную замку.

На дороге остались лежать Роб и Боб. И сын дворецкого, который сегодня был за кучера. И старая нянька, которая, как я надеялась, всё же была жива.

***

Второй раз за сутки я въезжала в порт.

Настроение было ужасным. Весь мой безупречный план побега летел к чертям собачьим. Осторожно развернувшись к окну, так, чтобы мне было видно, а разбойник, сидевший и карауливший меня внутри не заметил, я поняла, что меня везут к кораблю.

Корабль, к которому меня везли, стоял в гавани сразу за маленькой шхуной.

Я поняла это, когда мы с ней поравнялись. У сходней шхуны стояли двое.

Помочь мне они не могли. И я рассудила, что пока меня не видно и не слышно, никто мне поможет.

Я была связана, с кляпом во рту, и окружена вооружёнными людьми. И всё же какая-то глупая, упрямая надежда, что не всё потеряно, пока ты можешь дышать, была.

Не знаю откуда это взялось, может, дело в том, что я верила в свою «исключительность», из-за которой мне дали второй шанс, а может дело в том, что терять мне было нечего. Во всяком случае что бы это ни было, но это толкнуло меня вперёд.

Я каким-то чудом умудрилась выплюнуть кляп, и, подавив рвотный позыв, понимая, что у меня будет всего один шанс, крикнула так громко, как только могла.

— Помогите! Спасите!

И с облегчением увидела, что те двое, что стояли у сходней обернулись и настороженно взглянули на карету.

Разбойник, сидевший рядом, спохватился и снова запихнул кляп мне в рот, но было поздно. Те двое уже шагнули перед каретой, преграждая нам путь. Зато присматривавший за мной разбойник выскочил из кареты.

— Кто вы? Откройте карету! — приказал один из них тоном человека, привыкшего командовать.

Один из разбойников, тот, что ехал на лошади Роба, спрыгнул и надвинулся на молодого мужчину в капитанской форме, возвышаясь над ним почти на голову.

— Не твоё дело, — процедил он. — Дочка нашего графа сбежала. Отловили. Отцу везём.

Я замычала, и тут же получила сильный тычок под рёбра и, задохнувшись рухнула на пол кареты. Спасибо корсету, не было бы его, могло быть куда больнее.

— Покажите нам девицу, — произнёс молодой капитан.

Никогда в жизни я не была так благодарна незнакомцу.

У кого-то из разбойников не выдержали нервы. И они набросились на «моих рыцарей», и мне вдруг стало страшно, и я, будто ребёнок, зажмурилась. Всё же разбойников было слишком много, но мне так хотелось верить, что их победят.

Я лежала связанная, снова с кляпом во рту, и в сотый раз пыталась вытолкнуть его языком. Меня снова затошнило, и я вдруг поняла, что, если меня сейчас стошнит, никто не станет меня спасать. Я захлебнусь прямо здесь, на грязном полу, и всё закончится, толком не начавшись.

Я заставила себя медленно дышать носом.

Снаружи раздавался лязг, кто-то выругался, кто-то упал и через минуту всё стихло.

— А с этими что делать? — спросил мужской голос, и я с ужасом поняла, что голос этот принадлежит главному разбойнику.

— Да брось тут.

— Придут стражники на обход и найдут. Ухолить надо, нам повезло, что кроме этих двоих на корабле никого не было.

— Дурак ты, ну найдут и найдут, а мы уже будем далеко. В общем так, этого — в море. А вот этот, гляди-ка, кольцо, эполеты, явно из благородных. За него выкуп дадут. Вяжи его и к девке в карету.

Дверца распахнулась. Двое впихнули в карету молодого офицера, он был без сознания, но дышал. Хотя и было темно, но мне показалось, что это именно тот юный красавчик-капитан, которого я видела на палубе шхуны.

Вместе с его появлением моя надежда на освобождение стала таять.

Вслед за ним в карету снова забрался мой охранник, и наклонившись ко мне своей страшной заросшей рожей, обдавая несвежим дыханием, прошипел мне прямо в лицо:

— Сейчас грузиться будем. Ты, ледя, не шали. А то тресну по голове, а говорят, ты и без того на голову скорбная.

Дорогие мои!

А у меня есть два промо на книгу Хояйка каланчи

6-jWXhWm

9wztHVJz

Никому не нужная, потерявшая отца и мать, юная дворянка из рода Пожарских умерла в приюте, а на её место, пришла другая, та кто в своём мире умудрилась превратить детское прозвище в процветающий бизнес.