Здесь холодно, подумала Джессика. Что это значит? Температура уже превысила девяносто градусов.

"Какой адрес?"

"Я не знаю. Но ты узнаешь его по красной двери".

"Сэр, если вы останетесь на линии на..."

Линия оборвалась. Джош Бонтраджер нажал "СТОП".

Джессика взглянула на своего партнера. "Что ты думаешь?"

Бирн подождал несколько минут. "Я не уверен. Спроси меня, когда мы получим полный отчет из лаборатории по этой кнопке".

Обычной практикой было проверять PCIC и NCIC всех, кто звонил с информацией, особенно тех, кто звонил, чтобы признаться в серьезном преступлении. По словам босса, в городе Филадельфия не было никаких записей о Джеремайе Кросли - уголовнике, автоинспекторе или ком-либо другом. Оказалось, что его адреса в Куин-Виллидж не существует. Никакой Доджсон-стрит не было.

"Хорошо", - наконец сказала Джессика. "Куда едем?"

"Давайте вернемся к сцене на Восьмой улице", - сказал Бирн. "Я хочу прослушать запись заново. Давайте возьмем кассету и посмотрим, узнает ли кто-нибудь из присутствующих голос нашего мальчика. Может быть, после этого мы сможем еще раз съездить в Миллерсвилл."

Днем ранее они отправились в Миллерсвилл, чтобы поговорить с Робертом и Мэрилин О'Риордан. Не для того, чтобы провести официальное собеседование - первоначальная команда делала это дважды, - а для того, чтобы заверить их, что расследование продвигается вперед. Роберт О'Риордан был угрюмым и несговорчивым, его жена была почти в кататоническом состоянии. Они были двумя людьми, почти выведенными из строя муками горя, черной дырой неописуемой потери. Джессика видела это много раз, но каждый раз это была свежая стрела в ее сердце.

"Давай сделаем это". Джессика схватила кассетный проигрыватель. "Спасибо, что принес это, Джош".

"Без проблем".

Прежде чем Джессика успела повернуться и направиться к машине, Бирн положил руку ей на плечо.

"Джесс".

Бирн показывал на полуразрушенный холодильник у кирпичной стены музыкального магазина. Или на то, что от холодильника осталось. Это была древняя модель 1950-х или 1960-х годов, когда-то встроенная, но боковые панели давным-давно были сняты. Оказалось, что изначально прибор был светло-голубого или зеленого цвета, но от времени, ржавчины и сажи он потемнел до темно-коричневого. Дверца холодильника висела криво.

Сверху, на перекошенной дверце морозильной камеры, был логотип. Хотя хромированные буквы давно исчезли, обесцвеченные очертания названия бренда сохранились.

Кросли.

Бренд восходит к 1920-м годам. Джессика вспомнила холодильник Crosley в доме своей бабушки на Кристиан-стрит. Теперь они были не так уж распространены.

Меня зовут Джереми Кросли.

"Может ли это быть совпадением?" Спросила Джессика.

"Мы можем только надеяться на это", - ответил Бирн, но Джессика могла сказать, что на самом деле он в это не верил. Альтернатива повела их по пути, по которому никто не хотел идти.

Бирн протянул руку и открыл дверцу холодильника.

Внутри, на единственной оставшейся полке, стояла большая лабораторная банка для образцов, наполовину заполненная прозрачной красной жидкостью. В жидкости что-то было взвешено.

Джессика знала, что это такое. Она была на достаточном количестве вскрытий.

Это было человеческое сердце.

ТРОЕ

Пока они ждали, когда прибудет криминалистическая группа и начнет обрабатывать место происшествия, Джош Бонтраджер сделал цифровые фотографии; участка, граффити на стене лачуги, холодильника, окрестностей, собирающихся прохожих. Джессика и Бирн прокрутили запись еще три раза. Ничего, что позволило бы идентифицировать звонившего.

И хотя они еще многого не понимали в том, что они только что нашли, они знали, что эти человеческие останки не принадлежали их жертве. Кейтлин О'Риордан никоим образом не была изуродована.

Здесь холодно, подумала Джессика. Он говорил о холодильнике.

"Ребята". Бонтраджер указал за холодильник. "Там что-то есть".

"Что это?" Спросила Джессика.

"Понятия не имею". Он повернулся к Бирну. "Помоги мне".

Они встали по обе стороны от громоздкого прибора. Когда холодильник оказался в нескольких футах от стены, Джессика встала за ним. Многолетняя пыль и гранж покрыли место, где когда-то находился компрессор.

На ее месте лежала какая-то книга; толстая, в черной обложке, без суперобложки. Полотняную отделку покрывали водяные знаки. Джессика надела латексную перчатку и осторожно подняла книгу. Это было издание Новой Оксфордской Библии в твердом переплете.

Джессика проверила переднюю и заднюю стороны книги. Никаких надписей или надписей любого рода. Она проверила нижний край. Красной лентой была отмечена страница, разделяющая книгу пополам. Она осторожно приподняла ленту. Книга распахнулась.

Книга Пророка Иеремии.

"Ах, черт", - сказал Бирн. "Что это, блядь, такое?"