Когда Бирн вышел из "роу хаус", Джессика протянула ему чашку. Остальная команда нашла свой кофе и вкусные кексы на капоте машины.

"Что-нибудь есть?" Спросила Джессика.

Бирн кивнул. "Полный дом мусора".

"Мы хотим на что-нибудь посмотреть?"

Бирн на мгновение задумался, отхлебнул кофе. "Возможно".

Джессика обдумала цепочку событий, географию. Перед ней стояла дилемма: стоит ли отрывать нескольких офицеров от других расследований, чтобы начать обыскивать здание в поисках иголки в стоге сена? Они гонялись за призраками, или этот адрес действительно имеет какое-то отношение к убийству Кейтлин О'Риордан?

Меня зовут Джереми Кросли.

"Что вы думаете, детектив?" Спросил Бирн.

Джессика посмотрела на третий этаж. Она подумала о Кейтлин, мертвой в здании, не слишком отличающемся от этого. Она подумала о человеческом сердце в той банке с образцами. Она подумала обо всем зле, которое видела, и о том, что оно всегда приводило к месту непроглядной тьмы. Место, подобное этому.

Сердце лживо превыше всего и неизлечимо.

Она вызвала команду криминалистов.

Час спустя, когда Бирн вернулся в Полицейский участок, чтобы сверить фотографию темноволосой девушки с недавними делами о пропаже людей, Джессика стояла в душном коридоре сразу за кухней по адресу Шайло-стрит.

Бирн был прав. Дом был полон хлама. Увесистые пакеты и рассыпчатый мусор были забиты по углам кухни, ванной и обеденной зоны, а также почти заполнили три небольшие комнаты наверху.

Как ни странно, подвал был почти пуст. Всего несколько коробок и заплесневелый коврик из искусственной персидской ткани восемь на десять на полу, возможно, попытка создать высокий декор 1980-х годов. Джессика сфотографировала каждую комнату.

В доме было, должно быть, десять тысяч мух. Может быть, больше. Жужжание было сводящим с ума фоновым гулом. Из-за отгоняющих мух и непрекращающегося скопления людей было почти невозможно думать. Джессика начала верить, что эти поиски были бессмысленным занятием.

"Детектив Бальзано?"

Джессика обернулась. Офицер, задавший вопрос, была подтянутой и загорелой молодой женщиной лет двадцати с небольшим, примерно на дюйм ниже роста Джессики пять футов восемь дюймов. У нее были ясные карие глаза, почти янтарного цвета. Прядь блестящих темных волос выбилась из-под ее шапочки. Из-за жары они почти прилипли к ее гладкому лбу.

Джессике был знаком этот взгляд, это тяжелое положение. Она сама была там, много раз, в свое время. Был август - добавьте к этому кевларовый жилет темно-синего цвета к униформе и то, что временами казалось пятидесятифунтовым поясом, - и это было похоже на работу в сауне, облаченной в средневековые доспехи.

Джессика взглянула на бейджик офицера. М. КАРУЗО.

"Как вас зовут, офицер Карузо?"

"Мария", - сказала молодая женщина.

Джессика улыбнулась. Она почти угадала. Марией звали покойную мать Джессики. Джессика всегда питала слабость ко всем по имени Мария. "Что случилось?"

"Ну, наверху много вещей", - сказала она. "Коробки, мешки для мусора, старые чемоданы, мешки с грязной одеждой, пара матрасов, тонны наркотических принадлежностей".

"Надеюсь, тел нет", - сказала Джессика, как она надеялась, с оттенком черного юмора. Это место было невероятно мрачным.

"Тел пока нет", - ответила офицер Карузо, подбирая тон. Она была резкой. "Но там много всего.

"Я понимаю", - сказала Джессика. "У нас есть время".

В подобных ситуациях Джессика всегда старалась использовать слово "мы". Она вспомнила свои дни в форме и то, как это слово, произносимое каким-нибудь древним детективом лет тридцати или около того, обычно над какой-нибудь невероятно жестокой сценой городской резни, означало, что поимка плохих парней была совместными усилиями. Это имело значение.

На мгновение офицер Мария Карузо, казалось, занервничала.

"Что-то не так?" Спросила Джессика.

"Нет, мэм. Просто я слышал, что вы и детектив Бирн расследуете дело Кейтлин О'Риордан".

"Так и есть", - сказала Джессика. "Ты помнишь это дело?"

"Вполне хорошо, мэм. Я помню, когда ее нашли".

Джессика просто кивнула.

"У меня семья в округе Ланкастер", - добавил офицер Карузо. "Семья Кейтлин живет примерно в сорока милях от моей тети и двоюродных братьев. Я помню фотографию, которая была в газете. Я помню это дело, как вчерашний день."

Кейтлин, подумала Джессика. Этот молодой офицер назвал жертву по имени. Она задалась вопросом, насколько личным было для нее это дело.

Джессика достала фотографию Кейтлин О'Риордан, которую семья Кейтлин передала в ФБР. Через плечо у нее был перекинут выцветший сиреневый рюкзак с розовыми бабочками. "Это та фотография, которую ты помнишь?" - спросила она.

"Да, мэм". Офицер Карузо на мгновение отвернулась к окну, скрывая свои эмоции. Джессика поняла. Филадельфийский суровый.

"Не возражаешь, если я спрошу, откуда ты?" Спросила Джессика.

"Десятый и Моррис".