"Нет", - сказал Бирн. "Просто изолируй районы, где были найдены жертвы. Я хочу хорошенько осмотреть все здания вместе". "Ты понял. Две минуты".

Бирн отключился. Они смотрели на улицы. Они просматривали каналы. Они ходили взад и вперед. Они ждали.

СЕМЬДЕСЯТ ОДИН

1:11 утра

Суонн знал, что Лилли проснулась. Он всегда знал. В эту игру он сам часто играл в детстве. Его отец проводил свои небольшие конклавы в Фаервуде, обнаруживая, что ему нужен рапира или объект для насмешек в два, три и четыре часа ночи. Суонн даже изучал техники - в основном восточного происхождения - замедления дыхания и пульса, чтобы еще больше создать видимость сна, комы или даже смерти.

Он вернул козлиную бородку на место, подержал ее, запах жевательной резинки spirit вернул его в детство. Он вспомнил маленький клуб недалеко от Бостона, 1978 год. У стула в раздевалке на одной ножке был скотч. В углу валялись смятые пакеты из "Макдоналдса". Его отец играл перед аудиторией из десяти человек.

Суонн повязал галстук, надел старый плащ. В конце концов, его нельзя было увидеть в Северной Филадельфии в виде церемониймейстера на причудливом сборище престарелых фокусников.

Он выключил подсветку гримерного зеркала. Свет медленно погас, как и воспоминания. ФУРГОН ждал его в гараже. На заднем сиденье сидела Патрисия Сато, его прекрасная Одетта. Она была девушкой в багажнике. Он сконструировал его по самым строгим требованиям. Внутри не было воздуха.

Несколько мгновений спустя, соблюдая все правила дорожного движения, Джозеф Суонн, также известный как Коллекционер, подъехал к Бесплодным Землям.

СЕМЬДЕСЯТ ДВА

1:19

Они получили файл по электронной почте. Джессика открыла графическую программу на ноутбуке. Мгновение спустя на экране появился участок Северной Филадельфии. Это был аэрофотоснимок зоны, включавший все места преступлений.

Что связывало эти четыре здания вместе? Что заставило убийцу выбрать именно эти места?

Все это были заброшенные дома. Две пронумерованные улицы; две названные улицы. Ранее Тони Парк проверил адреса улиц. Он перепробовал сотню перестановок. Ничего не выскочило.

Они осмотрели фасад места преступления. Все четыре были высотой в три этажа; три были кирпичными, один деревянным. В доме номер один, по адресу на Восьмой улице, где была найдена Кейтлин О'Риордан, была дверь из гофрированного металла. Все окна на первых этажах были заколочены досками, все были покрыты граффити. Разные граффити. У трех из них рядом с передними окнами были прикручены ржавые кондиционеры.

"На Девятой улице и в Камбрии двери из панелей", - сказала Джессика. Бирн обвел двери на цифровых фотографиях зданий. У двух зданий были ступеньки, у трех - навесы. Он обвел и их. Элемент за элементом архитектуры они сравнивали здания. Ни одно из сооружений не было абсолютно одинаковым, ни одно не отличалось полностью. Разные цвета, разные материалы, разные местоположения, разная высота.

Джессика посмотрела на опорный столб перед дверью на Восьмой улице. Опорный столб. Она посмотрела на другие здания. У всех трех когда-то были опорные колонны перед входом, но теперь были только покосившиеся комнаты над входом. Ее осенило. "Кевин, это все угловые здания".

Бирн положил четыре фотографии на капот машины перед ноутбуком. Каждое место преступления представляло собой, по крайней мере, часть углового здания в блоке из четырех или более строений. Он сравнил фотографии со снимком сверху на жидкокристаллическом экране.

Чистая геометрия.

"Четыре треугольника", - сказал Бирн. "Четыре здания, которые сверху кажутся треугольниками".

"Это город", - сказала Джессика.

"Это город", - эхом повторил Бирн. "Он собирает головоломку "танграм" из города Филадельфия".

СЕМЬДЕСЯТ ТРИ

1:25 утра

Лилли слышала, как машина отъехала от дома, но не осмеливалась пошевелиться. Она отсчитала три минуты. Когда больше ничего не услышала, она выскользнула из постели. Ее туфли были аккуратно расставлены в изножье кровати. Она надела их.

Ее ноги немного подкашивались, но вскоре она восстановила равновесие. Она подошла к окну, осторожно отодвинув бархатную занавеску. За железной решеткой она увидела сквозь деревья уличные фонари, но больше ничего. Она гадала, который час. Снаружи было темно, как в тумане. Могло быть 10:00 вечера или 4:00 утра. Ей вдруг пришло в голову, что всю свою жизнь она всегда знала, где находится и который час. Незнание этих двух простых вещей было столь же тревожным, как и любая другая часть этого затруднительного положения.