- Да, спасла, а я ее сильно обидел, - шелестит в ответ с непонятной мне горечью в хриплом голосе. – Не бойся, она не причинит тебе вреда. Веришь мне?

- Угу, - мычит Мариша, опять хватаясь за животик.

- Ложись на спину, как тебя просили, - совершенно другим, командным тоном приказывает Громов. Представляю, как тяжело ему разговаривать так сухо с плачущей дочерью, но это самый верный способ погасить ее истерику и заставить слушаться. - Терпи, ты у меня большая.

- Папа, не ухо-ди, - просит она, но подчиняется отцу.

Мне не хватает подобного приказа, чтобы тоже прийти в себя и вспомнить свое призвание. Как обычно, приходится самостоятельно справляться со своими демонами. Я привыкла…

Сделав глубокий вдох, наклоняюсь к пациентке. На протяжении всего осмотра Мирон бережно держит ее за ручку, а я то и дело отвлекаюсь на их сплетенные ладони. Стоит признать, он стал прекрасным отцом, но… не для наших близнецов.

Усилием воли выбрасываю из своего тела и разума преданную женщину, а ее место помещаю бесстрастного врача-хирурга, который остро необходим в сложившейся ситуации. Пальпация, анализ крови, УЗИ – и у меня не остается сомнений в диагнозе. Громов не зря забил тревогу. Промедление могло привести к непоправимому.

- Готовьте операционную, - одними губами приказываю медсестре.

Мирон улавливает посыл, заметно напрягается и, чмокнув дочку в лоб, подходит ко мне. С виду спокойный и ледяной, но я даже на расстоянии чувствую, как он переживает. Взглядом спрашивает, насколько все серьезно.

- Острый аппендицит, высокий риск развития перитонита. Ты вовремя среагировал. Интуиция тебя не подвела, как обычно, - сообщаю ровным тоном и, покосившись на малышку, добавляю тихо. - Надо оперировать. Без вариантов.

На каменном лице Громова мелькает нечто неуловимое, шрамы дергаются на мгновение, а через секунду все опять ожесточается, превращаясь в маску. Он тяжело сглатывает, так что дергается кадык, оглядывается на ребенка, послав ей приободряющую улыбку, чтобы успокоить, и без сомнений, но с надеждой смотрит на меня.

- Делай то, что считаешь нужным, Аврора, - произносит он твердо. – Я тебе полностью доверяю, - сделав паузу, подается ко мне так близко, так что я ощущаю его горячее, сбивчивое дыхание на своей щеке, когда он шепчет с хрипотцой: - Спасибо, Рора. И прости, если сможешь…

Не смогу. Громов считывает это по моим глазам. Криво дернув уголком губ, он понимающе кивает и обреченно опускает голову, отступая от меня.

- Я помогу, а ты исчезнешь. Все, как мы договаривались, - надменно напоминаю ему, игнорируя мясорубку внутри.

- Так точно, - его голос срывается.

Пациентку увозят, и по пути в операционную она снова начинает плакать от страха, так истошно и панически, что даже у меня сердце обрывается. Но Мирон непоколебим, как скала. Он провожает каталку долгим стеклянным взглядом, а сам остается ждать в коридоре, послушно устроившись на стуле у стены и облокотившись на колени.

Посмотрев на него в последний раз, я молча разворачиваюсь и уверенно шагаю в отделение, но не представляю, как буду оперировать дочь женщины, которая забрала у меня мужа, а у моих детей… родного отца.

*******

Книга входит в цикл "Незабудки (герои - бывшие военные).

Первая дилогия цикла:

"Настоящий папа в подарок"

- Мы с вами незнакомы и никогда не пересекались. Но я приехал за своим будущим сыном.

Брутальный мужчина, которого я вижу впервые в жизни, уверенно врывается в квартиру и протягивает мне какие-то документы из клиники.

- Что это? Договор на хранение биоматериала, - бубню себе под нос, бегая глазами по строчкам. – Не знаю, зачем вы мне это показываете. Это не мое.

- Спорное утверждение. Дело в том, что теперь это наше общее, - протяжно выдыхает, слегка ухмыляясь одним уголком губ. - Вы прошли процедуру ЭКО в центре два месяца назад, - не спрашивает, а утверждает.

Я в точности знаю срок своей беременности. Спустя полтора года безуспешных попыток мы с мужем действительно решились на ЭКО, а тест с первого раза показал две полоски, что бывает редко. Разумеется, подозрительному незнакомцу я ни слова об этом не говорю.

- Вы красивая, - заключает он, осмотрев меня с ног до головы. – Хорошие гены.

- Что вы себе позволяете? Моя беременность вас не касается!

- Касается, Анастасия… - гнетущая пауза. И сдержанная улыбка. - Вы носите моего ребенка. И я намерен позаботиться о нем, хотите вы этого или нет... ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ по этой ссылке

* * *

"Незабудки для бывшего. Настоящая семья"

- Дома нас ждет малыш, так что мы не задержим вас надолго. Нас интересует классическая свадьба, - щебечет счастливая невеста, а я не свожу глаз с ее хмурого спутника.

- У вас есть ребенок? – срывается с губ, хотя меня не должна интересовать личная жизнь клиентов.