Соседка с третьего дома, каждый год угощавшая меня мандаринами на праздник.

Коноха. Черепичные крыши. Запах рынка по утрам. Гора Хокаге.

Я сглотнул — с трудом. Посмотрел Кагами прямо в красные глаза, не отворачиваясь.

Кивнул.

Яки исчезла мгновенно, будто кто-то выключил свет в соседней комнате. Воздух снова стал воздухом. Сердце начало замедляться. Слюна — нормальной.

Кагами смотрел на меня уже обычными чёрными глазами. И в уголках его губ появилось то, что привыкшие к нему люди знали как улыбку.

— Хорошо, — сказал он. — Приди в себя. Когда будешь готов — подойди. Начнём тренировку.

Он отвернулся и отошёл к краю площадки — неторопливо, без лишних движений. Встал там спиной ко мне, глядя куда-то на деревья.

Я стоял ещё несколько секунд.

Дышал.

Мангекё шаринган, — подумал я. — В его глазах горел Мангекё.

Потом выдохнул, поправил ножны и пошёл к наставнику.

Глава 17. Первый урок

Примечание: Итак. Первая арка закончена - в ней в общей сумме числится 23 главы. Вместе с этим закончился редакт старых глав - что означает следующее. С завтрашнего дня я возобновлю прежний выпуск глав, как и было обещано. Примерно две-три в день, в зависимости от общего объема написанного за день. Всем приятного чтения!

Подойдя к Кагами я дышал уже спокойно, сердце восстановило свой ритм, следов испытанного ранее Яки не осталось— физически, — но что-то в голове ещё гудело, как гудит воздух после удара грома, которого уже нет. Iron Mind держал. Держал хорошо. Но разница между «держать» и «не почувствовать» оказалась отчётливее, чем я рассчитывал.

Кагами стоял спиной к площадке, смотрел на деревья у западной стены — там, где клон работал с Рейкой. Не оборачивался. Просто ждал, пока я подойду.

Я подошёл.

— В первую очередь, — сказал он, — начнём с твоего кэндзюцу и добавлением в него Суйтона. Ты говорил, что мать тренирует тебя в чакро-клинке. — Он наконец обернулся. — Продемонстрируй успех.

Я кивнул, взялся за рукоять катаны и медленно потянул клинок из ножен — привычное движение, уже ставшее частью тела. Встал прямо, сосредоточился.

Природное преобразование воды. Не просто чакра — вода. Направить поток вдоль лезвия, дать ему форму.

Тонкая струйка воды появилась у основания клинка и медленно потекла к острию. Неровная, с небольшими разрывами там, где контроль чуть проседал, но в целом — вдоль клинка, как и должна была.

— Пока это мой максимум, — сказал я, удерживая поток. — Мама говорит, нужно увеличить объём воды и работать над давлением, с которым она течёт. После этого она начнёт учить меня технике собственного изготовления — Текущий Клинок, Б-ранг.

Кагами смотрел на клинок молча. Потом его глаза изменились — шаринган активировался тихо, без демонстрации, просто в одно мгновение чёрные глаза стали красными с тремя томое. Он рассматривал поток чакры внимательно, с той сосредоточенностью, которая бывает у людей, видящих больше, чем показывает поверхность.

Несколько секунд тишины.

— Ты всё ещё оперируешь преобразованной чакрой как обычной, — сказал он наконец. — Вливаешь её в клинок подобно тому, как вливаешь чакру в мышцы для чакроусиления. Это неверно.

Я продолжал удерживать поток, слушая.

— Сосредоточься, — продолжил Кагами. — Перестань бездумно вливать чакру в клинок в надежде на изменения. Представь себе текущий поток — видишь его?

— Вижу.

— Направь тот же объём, что делаешь сейчас, но сузь его течение. Увеличь давление — подобно тому, как ты делаешь во время первого ката кэндзюцу, но постоянно и в меньшем объёме. Не взрывной выдох — тихий, непрерывный.

Я попробовал. Образ первого ката — взрывной рывок через дыхание — перевести в нечто постоянное, не разовое, без сброса. Как держать воду в узкой трубе под давлением, а не выплёскивать её разом.

Поток на клинке изменился — стал тоньше, но плотнее. Вода перестала течь неровно, подравнялась. Давление выросло — едва заметно, но реально.

— Лучше, — сказал Кагами. — Ещё. Контроль сечения — сейчас ты держишь примерно вдвое шире, чем нужно. Сужай, не теряя непрерывности.

Следующие два часа прошли именно так.

Кагами давал указание — короткое, конкретное, без лишних слов. Я пробовал. Шаринган смотрел на поток чакры с той точностью, которая позволяла ему видеть то, что я сам чувствовал лишь смутно. Он ждал — не торопил, не повторял трижды одно и то же, просто ждал, пока я справлюсь с предыдущей правкой, и тогда давал следующую.

Сечение потока.

Постоянство давления.

Точка входа у основания клинка — не по центру, чуть ближе к обуху.

Дыхание — не задерживать, вода следует за дыханием, не вопреки ему.