— Следуйте за мной, я провожу вас к месту Саммита, — он вновь пристально посмотрел на Сарутоби. — И я буду вынужден повторить свои слова. Вы прибыли третьими, внутри уже ожидают Цучикаге и Мизукаге. Прошу, держите свою вражду вне моей страны.

— Даю вам слово: Коноха не будет провоцировать конфликт и станет применять силу лишь в целях самообороны.

Мифуне покачал головой, развернулся и повёл нас вглубь своих земель. Ещё во время согласования даты Саммита каге и генерал условились и о месте собрания. Собственно, оно не изменилось с прошлых лет — всё та же специально выстроенная резиденция на окраине Страны Железа. Ещё Первый собирал здесь первое собрание для распределения хвостатых, надеясь, что именно здесь будут решаться все вопросы посредством дипломатии, а не крови. Увы.

Спустя полчаса неспешного бега — по нашим меркам, разумеется — мы дошли до здания и немедля прошли внутрь.

Мифуне вёл нас по коридорам, пока наконец не остановился перед входом в зал, открытые двери которого не скрывали круглого стола по центру и мест для каждого каге, обозначенных узнаваемыми кандзи. Сейчас были заняты места Ивы и Кири.

Третий Мизукаге сопровождал ещё первого на Саммит, собранный Хаширамой. Звали его Киёси Юки, и он правил своей деревней после смерти Гэнгэцу. Судя по данным, время от времени поступавшим ко мне, правил он откровенно паршиво, практически отдав всю власть в руки совета кланов и оставшись по сути марионеткой. Оттого в деревне сейчас творилась лютая дичь: история Забузы про Кровавый Туман, пусть и началась с Гэнгэцу, ухудшилась именно при нём. Особенно для бесклановых, которых едва ли не насильно выискивали и отправляли в Академию. Сейчас мужчина сидел, положив шляпу перед собой и прикрыв глаза. За его спиной стояли двое неизвестных мне на вид шиноби, а потому я не стал заострять на них внимание. По крайней мере, ни характерных черт Хошигаке или Кагуя, ни знаменитых мечей у них не было. Потому они стали для меня фоном.

Ооноки... и постарел, и осунулся одновременно. Уже сейчас он очень сильно напоминал свою версию из Шиппудена, разве что волосы, уже поседевшие, были на месте, да усов ещё не было — только козья бородка, такая же седая. Под глазами пролегли тяжёлые мешки, щёки явно впали — скорее всего, из-за стресса он эти две недели не ел, при этом активно пользуясь чакрой.

Завидев нас, он налился кровью, а воздух дрогнул от монструозной ки, что выпустил из себя коротышка.

Его сопровождающие тоже пожирали нас глазами — особенно блондин лет двадцати—двадцати пяти. Его руки дёрнулись к подсумку, и своими глазами я чётко видел, что на ладонях у него яростно оскалились пасти.

Родственничек Дейдары, полагаю.

Второй же был просто огромен — даже Джирайя был меньше этого великана. Красная форма шиноби Ивы едва ли скрывала его чудовищные объёмы; глаза его были готовы вылезти из орбит от переполнявшей ненависти. Его руки то и дело начинали поблёскивать металлом.

Хирузен не обратил на это никакого внимания. Он молча прошёл к своему месту, ведя нас за собой, сел и положил перед собой шляпу. Мы устроились прямо за его спиной: Минато слева, я справа. Усевшись поудобнее, Сарутоби откинулся на спинку стула и закрыл глаза, ожидая последних из каге.

Ненавидящий взгляд Ооноки ни на миг не покидал его, лишь на секунду отрываясь, чтобы бросить такой же взгляд в сторону Минато. Всё же блондин знатно поднасрал ему в битве с силами нашего фронта, появляясь именно там, где наши силы начинали проседать. Более того, он, по сути, обезоружил Отряд подрывников, на лету запечатывая особо мощные и большие бомбы и не давая им разбомбить наши ряды. Меня его внимание обходило стороной — что даже странно, учитывая, что именно я угробил Хана, и теперь Иве в ближайшую пару лет придётся придумывать, как запечатывать хвостатого обратно, да ещё и отбиваясь от попыток Суны и Кумо заграбастать его себе. Всё же никто не захочет упустить такую лакомую цель.

Радовало лишь, что всё ограничивалось ки да взглядами. Цучикаге не был дураком, чтобы начинать заварушку, прекрасно осознавая, что даже само его нахождение на этом собрании остаётся под большим вопросом. У него осталось тысяч восемь-девять шиноби, не более. Да, все ветераны, пережившие мясорубку на фронте с силами Кагами, — но у той же Суны раза в два-два с половиной больше сил. У Кумо — раза в три. Их спасает лишь наличие Ооноки — всё же его стихия Пыли очень серьёзный уравнитель. Как и полёт. Стоит только совсем загнать его в угол — мало не покажется никому. Партизанская война от шиноби его уровня и способностей... Аж передёрнуло.

Тем временем спустя минут пять в зал вновь зашёл Мифуне, который после того, как привёл нас, сразу вышел. За ним шла делегация Суны во главе с куда более спокойным Шинреем, за спиной которого были те же люди, что и при торге с Хирузеном: Паккура и, как меня просветили, Гензо. Первая не нуждается в представлении, второй же, как оказалось, был кукольником — но не обычным, а эдаким Сасори в том плане, что превратил часть своего тела в куклу. Полагаю, именно его наработки нашёл в своё время красноволосый и улучшил.