— Каким образом, Хокаге-доно? — поинтересовался генерал, заинтересованно посмотрев на Хирузена.

— Если какая-либо сторона нарушит тридцатилетний мир, я бы хотел, чтобы Страна Железа более не допускала эту сторону на данный Саммит как неблагонадёжную.

— Это возможно, если все будут согласны, — кивнул он.

Каждый каге по очереди выразил своё согласие.

— И ещё одно, Мифуне-доно, — вновь раздалось со стороны Хирузена, — какая бы сторона ни нарушила данный договор, я надеюсь, что Страна Железа прекратит свои поставки чакропроводящей стали этой стороне.

— Это... — Мифуне заколебался, — не уверен, что могу гарантировать подобное, Хокаге-доно.

— Коноха лично компенсирует тот объём издержек, что понесёт в таком случае Страна Железа.

— Тогда не вижу проблем, — вновь кивнул самурай, — опять же, если будут согласны все стороны.

Под взглядом Сарутоби своё согласие выразили Суна и Ива. Кири была следующей, не оставив выбора как такового для Кумо.

Вот так и закончилась Третья мировая война шиноби. Самая короткая война тем не менее стала едва ли не самой кровопролитной за счёт уничтожения Ивы.

Теперь у меня было как минимум тридцать лет, чтобы выследить Куро-Зецу.

Остался последний рывок.

Глава 76. Дни мира

После Саммита время потекло довольно стремительно.

Уже спустя неделю Хирузен стоял на главной площади, вещая об окончании очередного витка конфликта пятёрки Великих деревень, а затем ещё спустя месяц передавал шляпу каге Минато. Да, всеми правдами и неправдами мне удалось скинуть с себя это ярмо, что занимало большую часть вдруг освободившегося времени. Это, и тренировки с командой, которую вновь передали под моё руководство.

За время конфликта детишки чуть возмужали — пускай напрямую войны они не видели, всё это время сидя внутри границ Страны Огня и очень внимательно неся дозор. Но вот чего они повидали изрядно — так это конвоев, что возвращались в деревню после боевых действий. Конвоев с ранеными. Более того, они изредка помогали ирьенинам с лечением — всё же, как я и говорил, судя по их досье, Асума и Куренай прошли курсы ирьёндзюцу, а потому были более чем квалифицированы, чтобы действовать как вспомогательный персонал при больнице.

К сожалению, особого прогресса в их силе за это время не произошло. Приставленный к ним командир откровенно забил большой и толстый болт на их тренировки, а потому они занимались либо в кланах — Асума и Куренай, либо дома с моими родителями — Райдо.

И делать это они могли лишь в перерывах между назначениями — а таковых было очень много. Вот и выходило: как я отдавал сильных, но зелёных генинов, так их и получил обратно. Разве что взгляды их стали серьёзнее, а Асума вновь вернулся к своему изначальному поведению. Пусть и не в настолько запущенном виде, но без моего прямого влияния окружающие его в клане и дома подхалимы подпортили мою работу.

Как раз когда Третий объявлял о мире и победе в войне, домой вернулась и Рейко. Чуть подкопчённая, дёрганая — не из страха, а из-за травмы: молнией ей доставалось часто. Но живая.

Радоваться воссоединению нам долго не дали — из-за пусть и короткой, но войны в мире развелось куча нукенинов, в том числе и у нас. Её очень быстро припрягли к зачистке территории, а потому виделись мы всё так же редко.

У родителей всё было прекрасно — мама вновь была беременна, а потому отец и младшенький ни на шаг от неё не отходили. И я, чего греха таить, стал куда чаще к ним заглядывать. Не раз я подшучивал над отцом — мол, тот по инерции вновь провернул трюк времён ещё Второй мировой, заделав ребёночка. На это он лишь устало отмахивался, но его губы то и дело подёргивались в довольной усмешке.

Так и тянулось время — тренировки с командой, редкие миссии C или B ранга, вечера в доме родителей. Дела клана на себя полностью взвалили Дай и отец, и я не спешил вновь погружаться в это болото. Дома я почти не появлялся, лишь когда Рейко возвращалась с миссий и мы могли немного понежиться наедине.

Радовали и успехи моих воспитанников. Каждый из них носил мою фамилию, а потому их успехи автоматически становились моими. Про Райдо говорить нечего — его я тренировал больше всего в силу его нахождения в моей команде. Иваши, Генма и Анко были более чем довольны своим наставником — Дан же, тот самый наставник, в свою очередь, не скупился на похвалу моих детишек. Особенно он выделял, кто бы мог подумать, Анко. Эта оторва даже во время патрулей умудрялась найти способ потренироваться как-то похитрее, но неизменно продуктивно. Парни на её фоне, пусть и не ленились, но искры того фанатизма и желания силы в них было куда меньше.