— Не думаю, что нам стоит опасаться, — сев в позу лотоса у стены и облокотившись на неё, вставил я.

Апартаменты, выделенные нам, не были чем-то роскошным — довольно просторная комната, в которой было достаточно места для каждого из нас, плюс отдельная для каге. Пользоваться ею он отказался, предпочтя расстелить свой футон здесь, вместе с нами. Собственно, помимо единственного окна, откуда открывался вид на местные заснеженные просторы, больше ничего здесь не было. Даже туалета — но с этим проблем не было: плюс быть шиноби — можно было при желании не ходить в уборную вплоть до трёх суток. Существовали специальные техники под это — минус же в том, что на третий день ты начинал буквально желтеть, а побочки вступали в силу с таким размахом, что проще было умереть. Но, надеюсь, мы здесь не на три дня. Всё же чем дольше идут переговоры, тем больше шансов, что что-то точно пойдёт не так.

— Ты прав, — кивнул мне каге, после чего продолжил, — Минато-кун, что думаешь о своих шансах против Ооноки? — вдруг задал он вопрос блондину.

Спрошенный озадаченно почесал затылок и задумался.

— Не уверен, что смогу его одолеть, Хокаге-сама, — честно выдал он под конец, — его техника полёта не позволяет мне сражаться с ним в полную силу. Во время войны мы с ним часто встречались лицом к лицу — он не способен поймать меня своей техникой, мне тяжело до него дотянуться. Но если я смогу коснуться его хотя бы раз или ранить кунаем, я выиграю.

— Кенджи-кун? — обратился Хокаге уже ко мне.

— Мм, — настал мой черёд чесать затылок, — я бы сказал, что сильнее буду я, только вот я не столь мобилен, как Минато, а потому имею куда больше шансов угодить под его атаку. С другой стороны, любые другие его техники будут бесполезны против меня, — после чего я перевёл взгляд на каге, — разве что он владеет сэннюцу?

— Ммм, нет, не думаю, — покачал головой Хирузен, — сэннюцу — крайне редкое умение, которым владеют единицы. Не смотри на ситуацию в Конохе: до моих учеников единственным, кто подтверждённо владел им, был Хаширама-сэнсэй. Слишком тяжело найти свиток призыва, добиться у него достаточного расположения, чтобы он открыл тебе свои секреты и обучил ему. Хотя, — он довольно улыбнулся, — сейчас в Конохе уже четверо подтверждённых шиноби, владеющих сэн-модо.

— А почему Цунаде не обучилась ему? — задал я интересовавший меня уже некоторое время вопрос. — Я знаю, что дело в особенностях этого режима у Леса Сиккоцу, но в чём конкретно эти особенности.

— Хм, — он вновь затянулся, — разные призывы обучают искусству мудреца по-разному. У жаб имеется их масло, у змей — яд, чтобы пережить который у них имеются специальные ритуалы. У слизней... чтобы получить их режим мудреца, они изменяют строение самих костей, позволяя накапливать в них природную энергию и использовать при нужде. Однако в качестве побочного ущерба — полная неспособность зачать дитя. Как для мужчин, так и для женщин: изменение костей влечёт за собой каскад изменений, в результате которого организм, пытаясь адаптироваться под это, теряет способность к репродукции. Причём чем старше пользователь, тем меньше шанс на успех — в случае провала провалившийся обращается в слизня, одного из тысяч Кацуе.

Это... это многое объясняло.

— А вы? Почему вы не постигли силу мудреца? — задал вопрос Минато, отрывая меня от размышлений.

— Аа, — старик с сожалением покачал головой, — обезьяны обучают режиму мудреца через длительные медитации с использованием создаваемых ими благовоний. Это длительный процесс, не терпящий прерывания. — Он чуть грустно улыбнулся. — К сожалению, к моменту, когда Энма увидел, что я готов, было уже слишком поздно — у меня попросту не осталось на это времени. — Он вновь посмотрел на меня. — А ты, Кенджи-кун, — с любопытством глянул он на меня, — не думаешь отправиться на поиски своего призыва?

— Я хотел, — честно признался я, — а потом углубился в тему и понял, что не хочу рисковать собой ради призрачного шанса на успех.

И это было правдой. Из тысяч шиноби, что пытаются совершить свободный призыв, лишь единицы возвращаются. Ещё меньше из них остаются в целости и сохранности. То, что удалось совершить троице саннинов, — чудо, случающееся раз в тьму лет.

— Понимаю, — кивнул головой Хирузен, — жаль, что Энма отказался дать тебе контракт, — огорошил меня этой новостью Сарутоби. — Да, Кенджи-кун, — кивнул он, — я предлагал этой старой макаке всех шиноби, что вошли в силу, не имея призыва, — он посмотрел на блондина, — за все те годы, что я ношу звание каге, лишь один смог добиться его признания. Но и того украли жабы, — он чуть криво улыбнулся, — ох и было же крику тогда, когда он узнал, что ты стал контрактником с жабами. А уж когда ему стало известно о чистоте твоего сэн-модо...— он покачал головой.

Минато лишь беспомощно пожал плечами, разводя руки в стороны.

— Но, Кенджи-кун, режиму мудреца можно обучиться и без призыва, — вновь вернулся к теме Сарутоби.