— О, ну справедливости ради, Тусовщики, это сугубо моих рук дело, — небрежно отмахнулся я, решив не отдавать свои заслуги. — Но то, что ты, Харви, озвучил до этого, действительно то, чем по ночам промышляет ваш недосыпающий здоровяк. Он, кстати, называет себя «Бэтмен».

[Подвиг совершен: Раскрыть тайну личности начинающего Бэтмена его друзьям. Награда: Получен 1 Серебряный Билет.]

От бессилия Брюс мог лишь до хруста сжать огромные кулаки, лежащие на коленях, и опустить взгляд в щербатый пол. Он явно ждал взрыва, криков, обвинений в явно незаконном дерьме или того, что они покрутят пальцем у виска. Вопреки его худшим ожиданиям, получил он не совсем то.

— Охуеть… — благоговейно, с искренним уличным уважением протянул Освальд, откидываясь на спинку стула. — Я всегда знал, что у тебя стальные яйца, Брюси. Но чтобы в соло прессовать людей Фальконе?

— И скольких ублюдков ты уже успел поломать? — хищно, обнажая крупные белые зубы, ощерился Уэйлон. В его глазах мелькнул чистый бойцовский азарт.

— Полагаю, это неизбежность, — задумчиво проворчал Нигма, постукивая пальцем по губам. — В нашем городе, математически обязан был возникнуть кто-то подобный. Социальный анти-тезис.

Харви же смотрел на друга сложным, сканирующим взглядом. Но в нём не было отторжения, страха или пренебрежения законника. Скорее, там было глубокое понимание и попытка просчитать риски.

— Брюс… Я постараюсь незаметно поспособствовать, чтобы твои дела и улики против странного линчевателя в прокуратуре перестали рассматривать так активно, — наконец, тихо, но твердо произнёс будущий Двуликий, принимая сторону.

— Конечно поспособствуй, Харви! А как иначе? — фыркнул Освальд. — Готэм, блядская, вонючая клоака, которую давно пора вычистить к херам! И если копы этого не делают, это сделает наш Брюси!

— Хм. Феномен Бэтмена как локального мстителя, а теперь и появление Сказочника как глобального мессии… — Эдвард бросил на меня быстрый, оценивающий взгляд из-под очков. — Это лучшее, доказательство грядущих масштабных перемен. Что-то явно пришло в движение.

«Чертовски умный малый. Даже не представляет, насколько он прав в своих прогнозах», — усмехнулся я, наблюдая за этой сценой.

Но вообще, признаюсь честно, меня немного удивила их реакция. Нет, чего-то подобного я, конечно, ожидал от пацанов, выросших на одних улицах. Но чтобы поддержка была настолько монолитной, от каждого из них?! Даже от Харви, который здесь, на секундочку, работает помощником прокурора и обязан чтить букву закона! И эти ребята точно должны стать обезумевшими злодеями и кровными врагами Брюса? Местная причинность явно готовит какую-то невероятно жестокую подлянку, чтобы сломать эти узы.

Пока я анализировал ситуацию, сам Брюс, очевидно, думал о чём-то своём. Наконец осознав, что никто его не осуждает, не бросает и не считает психом, он сглотнул ком в горле и медленно поднял взгляд на меня.

— Зачем? — его голос прозвучал хрипло и чуть надломленно. — Зачем ты втягиваешь их в это дерьмо? Зачем сегодня звонил и приходил к моей матери? Разве своими действиями ты не делаешь всё только хуже? Ты повесил на них всех клеймо соучастников!

— Не считай себя самым умным в комнате, парень, — ледяным тоном осадил я его, напомнив один из уроков нашей ночной встречи на крыше. — И никогда не решай за остальных, что им можно знать, а что нельзя. Это гордыня. Твоя мать и твои друзья рано или поздно всё равно узнали бы о твоих ночных крестовых походах. И поверь моему опыту, узнали бы они это не в уютном зале под пиво, а на условиях твоих врагов. С приставленным к голове пистолетом.

— У меня пока нет врагов такого уровня, — упрямо, по-бычьи буркнул парень.

— Это ты так думаешь, сидя в своей скорлупе, — я покачал головой. — На самом деле, если ты слишком эффективен, враги у тебя будут всегда. Они просто пока не знают твоего имени.

— Неужто у всемогущего Сказочника тоже будут враги, если следовать такой логике? Кто в здравом уме пойдет против парня, призывающего ангелов что лечат рак, и способного превращаться в летучую мышь? — насмешливо, с долей провокации хмыкнул Освальд.

На это я абсолютно серьёзно, без тени улыбки кивнул, повернувшись в его сторону.

— У меня враги появятся быстрее, чем у вас всех вместе взятых. Как минимум, вся транснациональная фарм-индустрия, теряющая триллионы на моих чудесах. И один весьма конкретный миллиардер в частности, — я пожал плечами.

— Джек Грим, — мгновенно, не задумываясь, сложил два плюс два Нигма.

На это я даже слегка повернулся и уважительно покосился на очкарика. Готэм, агрессивная фарма, сумасшедший миллиардер. Это всё слишком обобщенные и расплывчатые понятия. Вытащить из этого уравнения одно конкретное имя не то чтобы невозможно, но чертовски сложно. Особенно для простого парня, не шибко посвященного в глобальный контекст мультивселенной. Эдвард пугал своим интеллектом.