— Классная каска, Брюси, — я приветливо протянул ему руку для рукопожатия, вынужденно уставившись на парня снизу вверх. Разница в габаритах моего нынешнего дистрофичного тела и этого шкафа бросалась в глаза. — Тебе идет. Подчеркивает цвет глаз.

[Подвиг совершен: Встреча с ключевым именным персонажем (Раскрытый Брюс Уэйн). Награда: Получен 1 Бронзовый Билет.]

Уведомление Системы мигнуло на периферии зрения. Ожидаемо. Пусть всего лишь Бронза, но, как говорится, с миру по нитке — голому бронежилет.

— Зачем ты здесь? — хмуро, без лишних прелюдий бросил здоровяк, перехватив мою протянутую ладонь и сжав её своей лапищей так, что костяшки жалобно хрустнули.

«Эх, уже скучаю по своему старому телу», — меланхолично отметил я, стоически терпя этот приступ юношеского доминирования.

— Это вообще нормально, что ты после бессонной ночи, пошел на смену таскать тяжелые предметы? — я укоризненно покачал головой, без резких движений, но твердо выдергивая свою руку из его тисков. — Как твой ментор, хочу заметить, что для сердечно-сосудистой системы такой график не очень-то и полезен. И да, в гражданской обстановке можешь звать меня Чарльз.

— Я повторю вопрос. Зачем ты, нахуй, сюда приперся? — Брюс понизил голос до угрожающего шепота, который почти тонул в грохоте стройки. Он сверлил меня тяжелым, немигающим взглядом исподлобья, явно прицениваясь, куда бы нанести «неожиданный» удар так, чтобы не привлекать внимание снующих рядом рабочих.

— Оу, у нашего бойскаута прорезались клыки и матерный лексикон, — искренне умилился я. — Детки так быстро растут.

Я картинно смахнул с щеки метафорическую слезу. Брюс моим актерским талантом не вдохновился, на его толстой шее вздулась красноречивая, пульсирующая вена. Парня сдерживало только чудо. Ну, или мои ночные тезисы о важности контроля эмоций всё-таки пустили корни в его упрямой башке.

— Ладно, если серьезно, — я мгновенно переключил регистр, стирая с лица улыбку. — Я здесь, чтобы стребовать долг за ночной урок. Ты ведь не будешь отрицать, что лекция была ценной и, вероятно, спасла твою геройскую задницу от будущих проблем?

Брюс желваками поиграл, но вынужденно, коротко кивнул, став еще мрачнее. Долги он признавать умел, это хорошо.

— У меня не то чтобы много свободных денег, учитывая специфику моей работы, но я могу…

— Деньги? — я не выдержал. Перебил парня и рассмеялся в голос, запрокинув голову. Несколько работяг, куривших неподалеку, покосились на нас, но тут же отвернулись. — Брюс, ты меня за идиота держишь? Деньги — это последнее, что мне от тебя нужно. И ты это прекрасно знаешь. К чему этот дешевый фарс?

Но я прекрасно понимал, к чему это было сказано. Психологические шахматы в действии.

Он знает, что я знаю об его статусе — простой работяга, спускающий всю скромную зарплату на кевлар и титановые сплавы для игр в инженера-мстителя. Также он знает, что я без зазрения совести взорвал и вынес ювелирку, а значит, грабежом не чураюсь. Мой криминальный статус его не смущает, как минимум потому, что его близкая подруга (а скорее всего, и возлюбленная) Селина прямо сейчас занимается примерно тем же самым. Но сам Брюс не грабит. И он в курсе, что я это понимаю.

В итоге мы имеем словесную ловушку. Брюс создает иллюзию, будто жалкие доллары являются для него критически ценным ресурсом. Предлагая их, он якобы отрывает от сердца последнее, чтобы честно рассчитаться со мной. Но это чушь. Да, деньги для него важны, но далеко не так, как он пытается это обрисовать. И я уверен на сто процентов, с его мозгами он мог бы легально зарабатывать миллионы вне этой строительной грязи, если бы захотел.

«А ведь парень всё сделал правильно, — дошло до меня с секундным запозданием, пока я смотрел в его напряженные глаза. — Он откупается меньшим из зол. Пытается скормить мне фальшивую ценность, чтобы сберечь реальную».

Он усвоил мой урок. Брюс усиленно думал, как бы тактично съехать с этого неопределенного «долга», потому что нутром чуял: мои реальные условия ему не понравятся.

— Ты преступник, Чарльз, — наконец, сменив тактику, произнес Брюс. Голос звучал ровно. — И тот факт, что прошлой ночью я позволил тебе уйти и не сдал полиции, вполне может тянуть на то, что мы в расчете.

Это тоже был ожидаемый, заготовленный ответ. И то, что Брюс прямо сейчас не развернулся и не ушел обратно месить цемент, красноречиво говорило об одном: этот аргумент как был жидким дерьмом на ночной крыше, так таким дерьмом и остался при свете дня. И он это понимал.

— Я не хочу тратить время и повторять очевидные вещи, — разочарованно покачал я головой, глядя ему прямо в глаза.

Вещи вроде того, что он физически не был способен меня поймать. Или уколоть его фактом существования воровки Селины, которая почему-то чувствует себя на свободе весьма вольготно при живом-то Бэтмене. Мы оба понимали, что расклад сил не в его пользу и последнее слово останется за мной.

— Поэтому давай без прелюдий. Я просто назову цену, — я сделал короткую паузу, наслаждаясь моментом. — Организуй мне сегодня встречу со своими друзьями.