Люди тяжело дышали. Их лица были красными, потными, глаза лихорадочно блестели. Многие уже не могли стоять ровно, пошатываясь и хихикая. Газ сделал свое дело — тормоза у большинства сорвало окончательно. Я сам исправно поддерживал легенду, кривя губы в идиотской ухмылке и периодически нервно посмеиваясь.

На краю сознания привычно звякнуло системное уведомление.

Подвиг Совершен: Станцевать идиотский танец по указке психопата.Награда: Получен 1 Бронзовый Билет.

Скромно. Тот факт, что это был танец буквально на грани жизни и смерти, Гача почему-то проигнорировала. Да, трансляция Джокера наверняка шла в прямой эфир на весь Готэм, аудитория была огромной. Но, видимо, Система рассудила прагматично: во время этого этапа никто не умер, крови не пролилось. Я просто дрыгался в толпе массовки. Ничего эпичного, никакого «слома шаблона». Отсюда и мусорная редкость награды.

Засунув левую руку в карман мешковатого комбинезона, я материализовал Бронзовый Билет и привычным движением большого пальца порвал его.

Название: Крыса

Тип: Фамильяр

Редкость: Мусор

Описание: Абсолютно обычная, среднестатистическая серая крыса. Выловлена в нью-йоркском метро. Разносит блох и ест мусор.

М-да. Действительно, чистейший, беспримесный мусор. Но есть и позитивный момент — это мой первый системный фамильяр в этом забеге. И даже обычная крыса, которая подчиняется моим командам, может быть полезнее, чем крутая дрессированная тварь, которая попытается отгрызть тебе лицо. Пусть пока посидит в инвентаре рядом с супергубкой. Сгодится чтобы отвлечь внимание.

— Это было про-о-осто великолепно! — Джокер захлопал в ладоши, перегибаясь через перила. Его смех эхом разнесся по студии. — Какая экспрессия! Какие эмоции! Какое... первозданное безумие! Хи-хи! Вы лучшие танцоры, которых я когда-либо заставлял плясать под дулом автомата!

Он резко посерьезнел, стер с лица улыбку и обвел нас тяжелым, колючим взглядом.

— Но всё прекрасное рано или поздно заканчивается. А потом... потом начинается нечто еще более прекрасное! Начинается... — Джокер сделал долгую, мучительную, театральную паузу, наслаждаясь тишиной, в которой было слышно только тяжелое дыхание толпы. — ВТОРОЙ ЭТАП ИГР ДЖОКЕРА!

«Даже отдышаться не дал, ублюдок зеленый», — мысленно скривился я.

Судя по затравленным взглядам вокруг, большинство участников разделяли моё мнение. Токсин хоть и бил по мозгам, но инстинкт самосохранения пока не вытравил до конца.

Бронированные двери в стенах снова с лязгом разъехались в стороны. В зал молчаливой шеренгой вышли клоуны-аниматоры. В руках каждый из них нес по два обычных металлических раскладных стула. Они быстро расставили их по центру арены парами, друг напротив друга.

«Парное дерьмо. Классика социальных экспериментов на выживание», — мгновенно оценил я обстановку.

— Для начала, маленькая математическая задачка! — Джокер привлек к себе внимание, постучав микрофоном по перилам. — Стульев здесь ровно сорок шесть. А вас... сорок семь.

Никакой дополнительной команды, никаких стартовых выстрелов пистолетом не потребовалось. Как только смысл сказанного дошел до одурманенных мозгов, толпа взорвалась.

Люди с животным, булькающим рыком ринулись к центру арены. Они толкались, матерились, били друг друга локтями, царапали лица, пытаясь первыми занять заветные куски металла. Веселящий газ сделал свое дело: он стер социальные рамки, убрал эмпатию и многократно усилил агрессию. Истерика отключила логику напрочь. Никто даже не подумал о том, что, по сути, стульев хватит почти всем. Это была просто слепая, животная паника.

Я не стал участвовать в этой куче-мале. Покачав головой, я спокойным, размеренным шагом подошел к крайнему стулу, до которого никто еще не успел добежать, и сел. Напротив меня на второй стул тут же плюхнулся какой-то лысеющий мужчина лет тридцати в порванном комбинезоне. Он тяжело дышал, сжимая в побелевших пальцах нож, и пялился на меня безумным, немигающим взглядом, растянув губы в широченной газовой улыбке.

Война за посадочные места улеглась примерно за минуту. К моему искреннему удивлению, в процессе этой потасовки никто никого не зарезал. Видимо, инстинкт «занять место» оказался сильнее инстинкта «убить ближнего». Джокер на трибуне тоже выглядел слегка разочарованным таким бескровным исходом.

Тем не менее, неудачник определился быстро. Им оказался сухопарый, тщедушный старичок лет шестидесяти. Какой-то бритоголовый здоровяк просто отшвырнул его от стульев, как тряпичную куклу. Дед отлетел на пару метров, рухнул на бетон и так и не смог подняться. Он лежал на боку, держась за ребра, но по тихим, истеричным смешкам, доносившимся с пола, было понятно, что он жив. Пока что.

— Фи, как пресно. Я ожидал больше драмы, — скривил накрашенные губы Джокер, брезгливо морщась. — Но не переживайте, сам этап скучным точно не будет! У вас есть ножи, мои дорогие зрители? Отлично! Достаньте их!