— Времени у меня нет, — он коснулся чёрной руки. — Проклятие распространяется быстрее, чем я ожидал. Снейп даёт мне ещё месяц. Может, два. Но я не доживу до финальной битвы. И я должен уйти так, чтобы это помогло.

— Уйти? — я напрягся. — Что ты задумал?

— Смерть — не конец, — сказал он, глядя на пламя свечи. — Смерть — это шаг вперёд. Великое приключение. Я всегда верил в это. И теперь я хочу, чтобы моя смерть послужила Свету. Чтобы она ослабила Волдеморта. Чтобы она дала Гарри шанс.

Я долго смотрел на него. Потом кивнул.

— Понимаю. У тебя есть план.

— Да. Но я не могу рассказать вам всё. Даже вам. Потому что план требует… тайны. Жертвы. И доверия к людям, которым я, возможно, не должен доверять.

— Снейп, — сказал я.

Дамблдор не ответил. Но его молчание было красноречивее любых слов.

— Ты доверяешь ему, — продолжал я. — После всего. После того, что он сделал. Ты веришь, что он на нашей стороне.

— Я верю, — тихо сказал Дамблдор. — У меня есть причины. Очень веские причины. Которые я не могу раскрыть. Но я прошу вас, Йода: если что-то случится, не судите его поспешно. Дайте ему шанс. Он — ключ ко всему.

— Ключ? — я прищурился. — Или ещё одна ловушка Тьмы?

— Время покажет. Но если я ошибаюсь… — он вздохнул. — Тогда моя смерть будет моей величайшей ошибкой. И я заплачу за неё.

Мы долго молчали. Чай остывал в чашках. Свечи тихо потрескивали. За окном занимался летний рассвет — серый, лондонский, но всё равно живой.

— Ты был хорошим союзником, Альбус, — сказал я наконец. — Трудным. Очень трудным. Но хорошим.

— А вы — хорошим учителем, Йода. Лучшим, чем я когда-либо был. Вы научили меня тому, что я забыл за сто пятнадцать лет: надежде. Вере в людей. И в то, что даже самые тёмные времена можно пережить.

— Не научил, — я покачал головой. — Напомнил. Ты всегда знал это. Просто забыл. Старые волшебники часто забывают. Как старые джедаи.

Он улыбнулся — в последний раз. Потом встал, опираясь на палочку.

— Мне пора. . я надеюсь найти ещё один крестраж.

— Верно, — согласился я. —. Но будь осторожен. . Тьма сильна. И она ждёт.

— буду, — он направился к камину. У порога остановился. — Йода.

— Да?

— Если я не вернусь… позаботьтесь о Гарри. И о Сириусе. И о всех остальных. Вы — их последняя надежда.

— Позабочусь, — пообещал я. — Всегда забочусь. Но надеюсь, что вернёшься.

— Я тоже надеюсь, — он взял горсть дымолётного пороха. — Но готовлюсь к худшему. Как всегда.

Он бросил порох в камин, назвал «Хогвартс» и исчез в зелёном пламени. Я остался в кухне один. Свечи догорали. За окном светало. Я знал: я только что видел Альбуса Дамблдора в последний раз. Сила шептала об этом. Тихо. Печально. Но настойчиво.

Прощай, старый друг. Да пребудет с тобой Свет.

---

Сцена 2: Дурные вести

Прошло три дня. Тревога в Силе нарастала, но я гнал её прочь — мало ли что, война есть война. Дамблдор не обещал писать. Он вообще ничего не обещал. Но я ждал. Мы все ждали.

Вечером третьего дня в камине вспыхнуло пламя. Я был на кухне — пил чай, читал «Ежедневный Пророк», где министр Скримджер в очередной раз обещал победить Волдеморта, не называя его по имени. Сириус сидел напротив, точил меч. Вальбурга в прихожей тихо напевала старую колыбельную — она делала это всё чаще, когда нервничала. Дом затих в ожидании.

Из камина вышел не Дамблдор. Вышел Кингсли Бруствер — высокий, плечистый, с серьгой в ухе и мрачным лицом. Его мантия была порвана, на щеке — ссадина. Он явно только что из боя.

— Кингсли? — Сириус встал. — Что случилось?

— Хогвартс, — голос Кингсли дрогнул. — Сегодня ночью. Пожиратели Смерти проникли в замок. Их впустили изнутри.

— Впустили? Кто?

— Драко Малфой, — Кингсли опустился на стул. — Он починил Исчезательный шкаф. Тот, что в Выручай-комнате. И через него провёл Пожирателей. Беллатрису, Сивого, Кэрроу, Яксли… целый отряд. Они прошли через замок. И на Астрономической башне…

Он замолчал. Я уже знал, что он скажет. Сила кричала во мне.

— Дамблдор? — спросил я.

— Мёртв, — выдохнул Кингсли. — Убит. Снейп. Снейп убил его. Авада Кедавра. На Астрономической башне. Прямо на глазах у Гарри.

Тишина. Такая тишина, что слышно было, как в прихожей Вальбурга перестала петь. Как где-то наверху скрипнула дверь — Молли, услышавшая голоса, спускалась вниз. Как сердце Сириуса пропустило удар и забилось снова — тяжело, гулко.

— Снейп, — прошептал Сириус. — Я всегда знал. Всегда. А Дамблдор ему доверял. Почему он ему доверял?!

— Не знаю, — Кингсли покачал головой. — Но это ещё не всё. Волдеморт объявил о своём возвращении официально. Министерство пало. Скримджер убит. Пиус Толстоватый, новый министр, — марионетка Волдеморта. Началась охота на магглорождённых. По всей стране. Прямо сейчас.

— А Хогвартс? — спросил я. — Школа?

— Школа пока держится. МакГонагалл стала директором. Но она не знает, сколько продержится. Пожиратели требуют, чтобы она сдала замок. Родители забирают детей. Завтра утром объявят о закрытии. Или о переходе под контроль Волдеморта.