Сириус тем временем сошёлся с Сивым. Меч против когтей. Сталь против звериной ярости. Сивый был силён — оборотни вообще сильны. Но Сириус тренировался. Каждый день. Каждую ночь. Его меч двигался с точностью, которой я учил его месяцами. Удар — когти отлетают. Ещё удар — кровь на траве. Сивый взвыл от боли и ярости. Он не привык встречать сопротивление. Он привык убивать беззащитных.

— Ты заплатишь за это, Блэк! — прорычал он. — Твой брат заплатил. И ты заплатишь!

— Мой брат был героем! — ответил Сириус. — А ты — просто зверь. Убирайся. Или умри.

В доме зажглись окна. Я чувствовал, как просыпаются остальные: Артур хватал палочку, Молли будила детей, Гарри уже бежал вниз по лестнице, несмотря на крики Гермионы. Искра в моей руке горела ярко. Беллатриса отступала. Сивый, истекающий кровью, пятился к воротам.

— Мы ещё встретимся, маленький джедай! — прошипела Беллатриса. — И в следующий раз я буду не одна!

— Буду ждать, — ответил я. — Всегда жду. Терпеливый я. Очень терпеливый.

Они аппарировали — оба. Тьма рассеялась, но в воздухе остался запах гари. И тут я заметил: за спиной у меня что-то горело.

— Нора! — закричала Джинни, выбегая из дома. — Дом горит!

Я обернулся. Пламя лизало верхний этаж. Должно быть, шальное заклинание попало в крышу. Огонь был магическим — он распространялся быстрее обычного, перепрыгивая с балки на балку. Молли уже тушила его Агуаменти. Артур выводил детей. Сириус бежал к дому с ведром воды. Но я видел: магический огонь не так просто потушить.

Я поднял руку. Сила хлынула из меня потоком — не атакующим, не защитным. Удушающим. Я вытягивал воздух из пламени, лишая его кислорода. Огонь задыхался, уменьшался, сжимался. И наконец — погас.

Тишина.

— Спасибо, — выдохнула Молли. Её лицо было покрыто сажей, но она улыбалась. — Вы спасли нас.

— Не я, — я покачал головой. — Все мы. Вместе.

Гарри подошёл ко мне. Он был бледен, но решителен. В его руке всё ещё дымилась палочка — он, видимо, тоже пытался тушить огонь.

— Это была Беллатриса, — сказал он. — Я слышал её голос. Она свободна.

— Да. Волдеморт освободил её. Из Азкабана. Или по дороге. Неважно. Она снова на свободе. И это плохо. Очень плохо.

— Почему они напали именно сейчас? Почему именно на «Нору»?

— Запугать, — ответил Сириус, подходя к нам. — Показать, что никто не в безопасности. Что даже здесь, вдали от Лондона, они могут достать. Это тактика Волдеморта — бить по семьям. По тем, кто слабее.

— Но мы не слабее, — сказала Джинни, и её глаза горели тем самым огнём, который я видел в ней с первого дня. — Мы дали им отпор. Благодаря Йоде. Благодаря тебе, Сириус. Благодаря всем нам.

— Верно, — я кивнул. — Они надеялись на лёгкую победу. Не получили. Теперь будут осторожнее. Но и злее. Война вступает в новую фазу.

---

Сцена 5: После пожара

Остаток ночи прошёл в хлопотах. К счастью, огонь повредил только верхний этаж. Магией его быстро восстановили, но запах гари ещё долго висел в воздухе. Молли, несмотря на шок, уже хлопотала на кухне — готовила чай и бутерброды для всех.

— Как в старые времена, — пробормотал Артур, принимая чашку. — Во время Первой войны нас тоже атаковали. Правда, тогда обошлось без пожара.

— Тогда мы были моложе, — Молли вздохнула. — И детей было меньше. И Волдеморт был… другим.

— Волдеморт не изменился, — сказал я. — Всё та же Тьма. Всё те же методы. Но мы — изменились. Стали сильнее. Вместе. А вместе — непобедимы.

Гарри сидел у окна, глядя на догорающие угли в саду. Его лицо было задумчивым. Я подошёл к нему.

— О чём думаешь?

— О том, что война пришла в «Нору», — тихо сказал он. — В место, которое всегда было безопасным. В дом, где меня всегда принимали как родного. Если они могут атаковать здесь — они могут атаковать где угодно. Хогвартс. Косую аллею. Площадь Гриммо. Нигде нет безопасности.

— Безопасности нет, — согласился я. — Но есть защита. Ты. Твои друзья. Сириус. Орден. Я. Пока мы вместе — мы защищены. Не неуязвимы. Но защищены.

— Вы всегда знаете, что сказать, — он слабо улыбнулся.

— Девятьсот лет практики. Учился говорить. Долго учился. Очень долго.

Мы помолчали. Потом Гарри спросил:

— Как думаете, Волдеморт лично придёт за мной?

— Придёт, — я не стал лгать. — Обязательно придёт. Потому что ты — ключ. Пророчество. Крестраж внутри тебя. Ты — всё. Но когда придёт — мы встретим его. Вместе. И победим. Или погибнем. Но не сдадимся.

— Я не боюсь умереть, — сказал Гарри. — Я боюсь, что из-за меня умрут другие. Как Сириус в Министерстве. Как мистер Уизли. Как все, кто мне дорог.

— Понимаю, — я кивнул. — Та же боль, что и у меня. Я потерял сотни учеников. Друзей. Братьев. И всегда винил себя. Но вина — яд. Полезнее — ответственность. Не «я виноват, что они умерли». А «я отвечаю за то, чтобы они жили дальше». Чувствуешь разницу?

Гарри задумался. Потом кивнул.

— Кажется, да.

— Тогда помни об этом. И дыши. Всегда дыши.

---

Сцена 6: Разговор с Сириусом на рассвете