— Дерьмо… — Одними губами прошипел он и щучкой метнулся к правому рубильнику.

Сова, разорвав зрительный контакт с камерой, тут же повернулась к нему, но вопреки ожиданию не ломанулась вперед. А дала секунду, чтобы он успел дернуть рычаг. И только после того, как створки захлопнулись, в дверь снова стукнули. Слабее, чем в первый раз. Но будь на месте дверей Герман, отправился бы к праотцам…

Снова потянулось время. Лис вернулся за ширму. Медведь спал. Сова за каким-то хреном ломанулась в технический склад. Видимо на подзарядку. На четвертом часу единорожиха вдруг отлепилась от стекла и целенаправленно зашагала в сторону женского коридора. Проверив на камере сову… С медведем. Герман рванул к правой двери. В коридоре все громче раздавалось увесистое цоканье механических копыт. Не выглядывая, он дернул за рычаг и замер, слушая приближающееся цоканье. Вот шаги остановились напротив дверей, и через мгновение створки вновь сотряслись от сильного удара.

— Сука… — Выдохнул Шульц. Взглянул еще раз на часы.

4:40.

Еще двадцать минут, и будет пять, а там уже до рассвета недалеко…

Пять… Пять тридцать, и наконец Герман увидел, как тикнула последняя минута на часах, и те отсчитали 6:00.

Все в комнате вдруг погасло, и перед глазами у Германа возникла ретро-анимированная картинка шести часов с пиксельными фейерверками… Он попытался облегченно выматериться и уже подготовил речь для встречи со сраным детективом.

Но утро не настало. Вместо этого картинка перед глазами дрогнула, и вместо нее возник дешевый пиксельный мультик в стиле старых приставок. Судя по всему, в мультике была изображена какая-то игровая комната… Понятно какая. Кольцевая железная дорога, игрушки-аниматроники. По комнате бегали и резвились пиксельные дети. Мальчики, девочки. В одном углу стояла и что-то говорила розовая, в другом явно отплясывал лис. Все радовались. Тут одна из девочек начала заходиться жутким кашлем, упала на колени, и из-за закрытых дверей к ней тут же выбежал какой-то Фиолетовый человек с двумя обычными человечками в белых халатах. Девочку подняли и так же торопливо унесли в комнату, откуда пришли. Кадр сменился, и Герман увидел эту девочку, играющую рядом с исполинских размеров медведем, вокруг которого витало странное облако какого-то газа, и, судя по тому, как улыбалась девчушка, ей было куда легче, чем в игровой комнате.

Вдруг все снова погасло, и перед глазами снова возник сторожевой пост. Вот только число на календаре сменилось на 13 сентября… Наступил следующий день.

С полминуты Шульц стоял с открытым ртом, пытаясь понять, как сильно его только что кинули через бедро. Не будет никакой встречи с детективом Вэнсом, не будет дня… Не будет спасения, только бесконечная ночь с этими тварями…

«Прием? Прие-е-ем… Детектив Сэмюэлс? Ты меня слышишь?» — После короткого звонка снова заговорила трубка.

— Дерьмо… дерьмо… Дерьмо! — Выпалил Шульц, сжимая костяшки. — Суки… Сволочи… Нет… нет уж… вторая ночь, так вторая! Я вам не баба… Я хоть сто ночей проживу. Суки… Суки!

***

— Злится? — Уселся я на диванчик, пододвинутый так, чтобы можно было видеть происходящее на экранах Коула.

— Ага. — Бросил Коул. Парень сидел на своем кресле, закинув обе руки за голову, и смотрел, как пойманный пару суток назад Шульц бегает по каморке и машет кулаками.

Ну точнее, мы могли предполагать, что он машет. Для нас же все выглядело так, что герой перемещается между трех точек и то и дело стучит дверьми, выбивая что-то оскорбительное на азбуке Морзе.

— Ну а хуле он хотел. — Крякнул Дэвид. — Взорвать «Телепорт» он хотел. Гнида. Пусть теперь подумает над своим поведением. Ха-ха… Блять и че им не работается нормально? Я же вот, до вас всех никого не убил, ничего не взорвал. Но бабки были и неплохие...

— Ну вообще. — Поднял указательный палец Коул. — Вообще-то мы поступили не совсем справедливо. Если так посудить. Электропес вон нас убить вообще хотел. А мы ему остров свой да девок квадратных, а этот… Этот просто взорвать хотел серваки. Да, тоже мудацкий поступок, да и жертв было-бы, ну как минимум инженер, что там ночует. Но все же не такой он ублюдок, как Диллон. А мы его в такой кошмар. Он же там и боль чувствует, и страх, все как по-взаправду.

— Я не просил тебя добавлять ему ощущения. — Покачал я головой.

— Да, знаю. — Вздохнул Коул. — И даже если ты попросишь сейчас их убрать, не уберу. По-другому он никак не исправится.

— А зачем его исправлять? — Резонно заметил Выдра. — Он же мертв… Это лишь слепок его сознания. Он больше никогда не вернется в реальный мир. Не будет живым.

Коул отвлекся от экрана и повернулся к нам. Серьезно взглянул на Дэвида.

— Это не имеет значения. Любой может получить шанс на исправление. В противном случае я ничем не лучше ублюдков, которых поймал.

— Глубоко сказано… — Усмехнулся я, пшикнув банкой пива. — Ну все, не мошните, дайте посмотреть, как он с лисом справится.