Они втроем смотрят нам вслед, словно потерянные. Если то, что сказал Корвус, правда, то мне нужно не только поговорить с Эдгаром о его Тени, но и понять, как ему вообще пережить экзамены.

Черт. Проблемы растут как снежный ком.

Рейн молчит, пока мы не доходим до ледяного моста.

— Не совпадает.

— А?

Я поднимаю на него взгляд, сбитая с толку. Он улыбается моей привычке уходить в себя. Единственное, что радует сегодня — Рейну стало лучше.

— Заметки. Они не совпадают. Так кто остался?

— Артур и Некане… о, и я думаю, нам стоит проверить директора. Это должен быть кто-то из них, — говорю я, почти не надеясь на успех. Мы вполне можем просто гоняться за призраками. Что, если тот, кто написал записку, давно мертв? — Я видела старую фотографию в кабинете Каллоса. Группа студентов. Если не найдем совпадений, начнем с неё.

Рейн пожимает плечами:

— Хорошая разведка. Если мы когда-нибудь выберемся отсюда, я сделаю тебя своим лейтенантом.

Его голос звучит бодро и легко, но у меня нет сил на веселье. Я прижимаюсь к нему, и он обнимает меня за плечи.

— Ты сегодня ужасно унылая.

— Еще бы. — Я смеюсь, хотя здесь нет ничего смешного.

Мой брат теряет рассудок, мой бывший парень помогает мне спасти от смертного приговора того, кто мне дорог, а мой Теневой Истинный, который по всем фронтам — враг, держит мое сердце в своих тисках. А теперь еще и тайна «Кровавых Корон».

Я вздыхаю, позволяя мозгу хоть немного сбросить напряжение.

Прежде чем мы успеваем дойти до дверей Дома Нова, они распахиваются, и оттуда быстрым шагом выходит Эдгар.

С ним что-то не так.

24

ТЕРРА

Рейн замирает и бросает на меня полный удивления взгляд, когда Эдгар проходит мимо, даже не глядя в нашу сторону.

Я жестом показываю Рейну, что справлюсь сама, и бросаюсь в погоню за Эдгаром. Он идет быстро, но я настигаю его еще до середины моста. Кладу руку ему на плечо, и он разворачивается ко мне с пугающей скоростью. В лунном свете его глаза буквально светятся бирюзой.

Мои ноги инстинктивно делают несколько шагов назад. Его кожа бледна, глаза распахнуты шире, чем положено, а зубы крепко сжаты. В его взгляде проскальзывает нечто порочное — то, чего я совершенно не узнаю.

— Что? — спрашивает он жестоко.

— Эдгар… что с тобой происходит? — я пытаюсь подавить страх, поднимающийся внутри, и заменить его спокойствием и заботой. Моя собственная Тень не помогает: она беспокойно мечется в груди, словно он — угроза. В его присутствии по моей коже ползет тьма. Блокада должна была сдержать его силу, но он сейчас похож на загнанного в клетку зверя, который отчаянно пытается выбраться. Возможно, он и правда опасен. С его светло-каштановыми волосами, разметанными ветром, и этими светящимися глазами, которые сверлят дыры в моей душе, он выглядит именно так.

Эдгар секунду изучает меня, прежде чем неприятно улыбнуться. Эта улыбка зловещая и холодная — я видела нечто похожее на лице Элиаса, когда он впадал в ярость.

— Ничего, я в полном порядке, — его голос звучит надломленно.

— Правда? Потому что ты не выглядишь в порядке, Эдгар, — говорю я, и в моем голосе слышится отчаяние. — Ты разговаривал со своей Тенью? Думаю, тебе нужно остановиться, ты выглядишь… ты выглядишь… — Я оглядываю его с ног до головы, отмечая, насколько хрупким он кажется.

— И как же я выгляжу? — медленно произносит он монотонным голосом.

Я собираюсь с духом.

— Ты выглядишь так, будто сходишь с ума.

Он картинно оглядывает свое тело, а затем снова переводит взгляд на меня. У меня по позвоночнику пробегает холодок от зловещей энергии в его глазах.

— Ты думаешь, я схожу с ума? — говорит он с этой чертовой жуткой улыбкой. — Как насчет того, чтобы я помог тебе найти твой, Терра?

Я сжимаю кулаки.

— Прекрати. Ты хоть слышишь, что говоришь? Как думаешь, что бы сейчас сказали о тебе наши родители?

Эта фраза бьет по самому больному — его лицо сначала застывает в шоке, а затем искажается ненавистью и глубокой, мучительной яростью. Слёзы катятся из его покрасневших глаз, и я мгновенно жалею о своих словах.

— Пошла ты, — цедит он сквозь зубы. Эдгар опускает голову. Я медленно подхожу к нему, но, услышав, как нарастает его маниакальный смех, чувствую, как стынет кровь в моих жилах. Он запрокидывает голову, и слёзы, смешиваясь с соплями, текут по его подбородку, пока он истерически хохочет. — Знаешь, что бы подумали наши родители? Они бы решили, что ты шлюха, Терра. Живешь своей гребаной лучшей жизнью, пока всё вокруг катится в ад. Так что скажи мне. Кто из нас двоих лишился рассудка?

Эдгар опускает подбородок, и его взгляд впивается мне в кожу; я давлюсь слезами. Горло перехватывает ком, который невозможно сглотнуть. Слишком больно.

— Тебе следовало умереть вместе с ними, — ядовито бросает он, и его смех внезапно обрывается. Он смотрит на меня так, будто меня здесь нет. А затем бросается на меня.