- Сыновья – ваши копии, Кирилл, - отмечает он в момент, когда малой пускает слюну на рукав моей рубашки, а я шустро вытираю ему лицо тыльной стороной ладони, чтобы мужичок презентабельно выглядел в обществе. Главное в нашем деле – сохранять хорошую мину при плохой игре, и этому Правдины учатся с пеленок.

- М-гу, - мычу неоднозначно, всматриваясь в детские черты лица.

Как по мне, ничего общего. Надеюсь, тест ДНК все расставит по местам. А партнер у меня все-таки немного… того. С придурью. Видимо, это побочный эффект от длительной семейной жизни. Недаром я убежденный холостяк.

- Можно нескромный вопрос? – вкрадчиво интересуется Матвей. Лениво дергаю плечом, давая ему зеленый свет, и получаю контрольный выстрел в голову: - Где ваша мама?

О, как бы я хотел это знать! Шляется где-то, дрянь, пока я здесь чуть не поседел. Повезло, что Мышь под руку подвернулась, иначе моя нервная система рассыпалась бы в труху.

- Увы, далеко не у всех женщин развит материнский инстинкт. Некоторые из них кукушки, - роняю с показным равнодушием, улавливая приглушенное женское фырчанье сбоку. И важно подчеркиваю: - Я отец-одиночка.

Кем только не назовешься ради выгодного контракта.

- Похвально, - с неподдельным восхищением произносит Васильев. - Верю, что вы еще найдете хорошую мамочку своим замечательным деткам.

Блаженный мужик. Но фантазия в красках рисует московское кафе, так что я готов потерпеть его странные наклонности. И даже подыграть.

- Нам и мужской компанией прекрасно живется, правда? – обращаюсь к чересчур серьезному богатырю, покачивая его на ноге. Он загадочно кряхтит. Наверняка в знак согласия.

Мы обмениваемся с Матвеем еще парой фраз, он пробегает быстрым взглядом условия контракта и уверенно ставит размашистую подпись внизу листа, после чего отдает мне свой экземпляр. Приобняв одной рукой малыша, как талисман на удачу, второй - я тянусь за ручкой. Неудобно, но образ требует жертв. С трудом вывожу свою каракулю в нужной графе, а Добрыня, с любопытством подавшись к столу, смачно припечатывает ее слюной.

- Команда, - смеется Васильев, и остальные делегаты поддерживают его.

«Банда, - уточняю мысленно, покосившись на других малых, - по отжиму телефонов, нервных клеток и свободного времени».

- Кирилл Евгеньевич, давайте я его возьму, - подбегает к нам нянька, оставив двоих бандюганов на свободном выгуле.

Она ведет себя неадекватно: протягивает подрагивающие руки, подает мне какие-то тайные знаки, глаза-блюдца таращит, моргает часто, подмигивает. Нервный тик?

- Нет, все нормально, Ангелина, - отмахиваюсь, вживаясь в роль папы года. – Он просто сын своего отца, с ползунков готов ворваться в бизнес.

- А-лина, - на автопилоте роняет она, не сводя глаз с напряженного, покрасневшего пацана.

Не убирая приклеенной к лицу улыбки, я опускаю взгляд на ребенка. Он подозрительно затих, перестал тащить со стола все, что плохо лежит, и надул пухлые щеки. Глаза у него честные-честные и огромные, на пол-лица, губы поджаты, второй подбородок важно выпячен, брови соединились в одну сплошную линию. Точно депутат на съезде партии.

- Отдайте малыша, пока не поздно, - угрожающе цедит наша няня. Но поезд вышел из депо.

- Поздно, - вздыхаю чуть слышно.

Медленно, но до меня все-таки доходит масштаб катастрофы. Сомнений не остается, когда под его упакованной в подгузник попой становится тепло и мягко. Я сижу не шелохнувшись, словно окаменел. Ловлю дзен и обреченно жду, пока богатырь закончит свои неотложные дела.

Не смею осуждать. В принципе, я тоже срать хотел на все эти унылые совещания, но бизнес сам себя не расширит.

- Ка-ка, - простодушно сообщает он во всеуслышание, но, к счастью, понимаем его только мы с Мышью. Пока мы обмениваемся тревожными взглядами, остальные умиляются, как идиоты.

- Ворвался в отцовский бизнес, - нервно хихикает она, покраснев так густо, словно лично ему в штаны наложила. И ободряюще хлопает меня по плечу. – К деньгам, Кирилл Евгеньевич.

Судя по тяжелому амбре, я миллиардером стану. Разве дети не должны пахнуть молочком?

***

* Матвей Васильев – герой книги «Разводимся! Моя на тридцать дней»

"Я беременна от твоего мужа", - прилетает входящее сообщение с неизвестного номера.

- А я нет, - горько усмехаюсь.

Тянусь за тестом, ни на что не надеясь. Да и уже неважно.

- Малыш, ну что там? – доносится голос мужа за дверью.

- У меня минус, - шепчу, гипнотизируя взглядом проклятую одну полоску. Слабую и бледную, потому что нужное время не выдержано, но одинокую. – У тебя плюс, - хмыкаю, но он не слышит.

«Твой муж сегодня поедет ко мне. Не мешай нам», - мигает еще одно сообщение.

Однако… Какая наглая у нас любовница.

«До утра его продержи, я хоть отдохну. И покорми сама. Мне готовить лень», - отправляю и отключаю телефон.

Дыхание сбивается. Собираюсь выбросить использованный тест, но присматриваюсь внимательнее…

- Да ладно?!

Глава 6