Я уставилась на Майлза, разинув рот. Никто никогда так с папой не разговаривал. Я ожидала, что папа начнет спорить; скажет Майлзу, что я всегда буду Бьянки, даже если моя фамилия изменится. Но, к моему величайшему удивлению, папа хлопнул Майлза по плечу, и из него вырвался глубокий, мрачный смешок.

— Расслабься, Майлз. Меня не интересует то, чем занимается моя дочь, — сказал папа, вонзая невидимый нож мне в грудь. Не то чтобы его отсутствие интереса к моей жизни должно было шокировать. — Она твоя, делай с ней, что хочешь. Я просто хотел получить подтверждение вашего союза, которое теперь у меня есть.

Кулак Майлза сжался сильнее. — Хорошо. А теперь, если ты не возражаешь. Я бы хотел, чтобы мы отправились в путь как можно скорее. У меня есть работа, которой нужно заняться.

Он кивнул в сторону двери, и огромная часть меня захотела обнять Майлза за то, что у него хватило смелости вышвырнуть папу из моей комнаты, чего я никогда не могла добиться.

Ухмыльнувшись в мою сторону, папа вышел, не сказав больше ни слова, оставив Рафа маячить у двери. Он оставался спокойным на протяжении всего общения, выражение его лица было стоическим, но как только шаги папы стихли, он ворвался внутрь, захлопнув за собой дверь.

Он схватил Майлза за воротник рубашки, развернул его и прижал спиной к двери. — Что, черт возьми, ты сделал с моей сестрой? — он зашипел низким голосом. — Она была не в том состоянии, чтобы дать согласие, ублюдок. Ты изнасиловал ее!

Прежде чем я успела броситься на защиту Майлза, потому что я была абсолютно уверена, что Майлз меня не насиловал — даже если я не могла объяснить кровь, — он оттолкнул Рафа, прежде чем с силой ударить кулаком в лицо моего брата, глухой удар разнесся по комнате.

Раф упал назад, с глухим стуком приземлившись на задницу и потирая челюсть.

— Раф! — крикнула я. Выйдя из оцепенения, в котором я пребывала с тех пор, как обнаружила кровь у себя на бедре, я бросилась к брату и присела рядом с ним на корточки. — Ты в порядке?

Майлз возвышался над нами обоими, и мы оба запрокинули головы, чтобы посмотреть на него. Страх пополз по моим венам при виде того, как черты его лица были искажены злобной яростью.

— Не смей никогда, никогда, обвинять меня в том, что я насильник. Я, блядь, не прикасался к ней, — его глаза метнулись к моим, и у меня перехватило дыхание от урагана, бушевавшего в его темных глазах.

— Тогда объясните причину крови, — рявкнул Раф, потирая челюсть.

Глаза Майлза сузились, глядя на Рафа, и на секунду я подумала, что он не собирается отвечать, но когда он поднял руку, у меня отвисла челюсть, когда я увидела порез на его ладони.

— Поблагодари свою сестру за то, что она проговорилась, что твой старик собирался причинить тебе боль, если бы она не соблазнила меня.

Голова Рафа повернулась ко мне, его брови взлетели до небес, но все, что я могла сделать, это смотреть на Майлза. Он намеренно порезался и сделал вид, что лишил меня девственности, просто чтобы с Рафом ничего не случилось.

Я не знала, что с этим делать. Зачем ему это делать? Он ненавидел меня, и я была почти уверена, что он не любил Рафа, и все же он пошел на эти меры, чтобы никто из нас не пострадал.

Я медленно поднялась на ноги. — Ты ... ты сделал это, чтобы папа не причинил вреда Рафу?

— Я сделал это ради гребаной спокойной жизни. А теперь, если вы оба закончили обвинять меня в том, что я насильник, не могла бы ты, пожалуйста, одеться, чтобы мы могли убраться к черту из этого места? С меня хватит вас, Бьянки, на всю жизнь.

— Я тебя не обвиняла, — сказала я, защищаясь.

— В этом не было необходимости. Твое лицо сказало все, — парировал Майлз, в его голосе явно слышалось предательство.

Я опустила взгляд, когда стыд захлестнул меня. Он был прав. Сначала, я подумала, что он воспользовался моим бессознательным состоянием.

Рядом со мной стоял Раф, потирая рукой затылок. — Майлз, я...…Мне жаль, чувак. Мне не следовало обвинять тебя.

Майлз ущипнул себя за переносицу, на мгновение прикрыв глаза. — Мне не нужны твои извинения. Я просто хочу убраться отсюда к чертовой матери, разве я прошу слишком многого?

— Да, конечно. Я... эм ... Я оставлю вас собираться, — застенчиво ответил Раф, очевидно, такой же раскаивающийся, как и я. Он повернулся ко мне, поглаживая ладонью мою руку. — Я зайду повидаться с тобой, прежде чем ты уедешь.

Я кивнула, одарив его благодарной улыбкой. Когда он закрыл за собой дверь, я перевела взгляд на Майлза, который все еще смотрел на меня, его ярость не проявляла никаких признаков ослабления.

— Майлз, я... — начала я после того, как между нами прошло несколько напряженных секунд.

— Иди одевайся.

Вспышка гнева прокатилась по мне. Прошлой ночью он мной командовал, и он делал это снова. Я привыкла, что папа говорит мне, что делать, но будь я проклята, если Майлз начнет. Кроме того, я хотела получить ответы.