— Кухня, — он махнул рукой налево, прежде чем махнуть рукой направо. — Гостиная, — он указал на лестницу перед нами, ступени которой были устланы толстым белым ковром. — Моя спальня наверху, в дальнем левом углу, твоя — в дальнем конце справа.

Я не смогла сдержать фырканья. — Майло, ты когда-нибудь думал о том, чтобы стать риэлтором? У тебя настоящий талант продавать места.

Моя маленькая колкость заставила его нахмуриться. — Твои вещи будут здесь в ближайшие несколько часов. Я уверен, что ты привыкнешь к своему новому дому, пока будешь разбираться что и где.

— Я уверена, что так и будет.

Он нахмурился еще сильнее. — Хорошо. Что ж, я оставляю тебя в покое.

Он повернулся, готовый направиться к двери, когда я остановила его. — И это все?

— В каком смысле?

Мой рот открылся и закрылся, я не знала, что сказать, но еще не была готова к тому, чтобы меня оставили в покое. — А как насчет персонала, я смогу с ними познакомиться?

Злобная ухмылка растянулась на его губах. — Мне жаль разочаровывать тебя, принцесса, но здесь нет персонала. Мне не нравятся люди в моем пространстве. Уборщики будут приходить сюда дважды в неделю, но это все, кроме моих людей снаружи. Ни горничных, которые каждое утро заправляют тебе постель, ни поваров, которые готовят тебе ужин. Тебе придется научиться постоять за себя, — он сделал паузу, прежде чем усмехнуться: — Никогда не знаешь, может, это пойдет тебе на пользу.

Настала моя очередь нахмуриться. Он в очередной раз предположил, что я избалованная принцесса, у которой есть люди, которые прислуживают ей по рукам и ногам. Хотя он ошибался, моя мама научила меня готовить, и после ее смерти я росла, наслаждаясь обществом семейного шеф-повара, который продолжал учить меня готовить разнообразные блюда.

И я была более чем способна сама заправить себе постель.

Мудак.

— Я уверена, что справлюсь, — ответила я, слащаво улыбнувшись ему.

Он сердито посмотрел на меня, прежде чем изменить выражение лица. — У меня дерьмовая куча работы, которую нужно наверстать, так что не жди, что я вернусь домой в ближайшее время.

— Я постараюсь не слишком сильно скучать по тебе.

Невнятное ругательство слетело с его губ, прежде чем он бросился к своей машине, хлопнув дверцей и выехав на дорогу. Как только его машина скрылась из виду, меня охватило всепоглощающее чувство одиночества, как я и предполагала.

Решив, что с таким же успехом могу осмотреть дом и решить, куда положить свои вещи, когда их привезут, я направилась сначала в гостиную и замерла, когда мои ноги переступили порог.

Мое внимание привлек не потрясающий стеклянный камин и не вид на город с высоты. Что привлекло мое внимание, так это красивый черный рояль, стоящий в дальнем углу.

Притянутая к инструменту, как мотылек к пламени, я пересекла комнату и осторожно провела пальцем по закрытой крышке, мой взгляд блуждал по ее изящным изгибам. Внешний вид был отполирован до совершенства, до такой степени, что я могла видеть свое отражение, и мой взгляд упал на марку, которую я сразу узнала и знала, что она стоила бы небольшое состояние.

Или, скорее, значительное состояние.

Как будто звук пианино потряс меня, я отдернула руку, когда меня захлестнуло тошнотворное чувство. Я не знала, умеет ли Майлз играть на пианино, но это не имело значения. Это было не мое, к нему нельзя было прикасаться, и на нем нельзя было играть.

Разочарованная, я отвернулась и направилась обратно к лестнице, игнорируя желание вернуться к пианино и постучать по клавишам, чтобы услышать прекрасную мелодию, которая получится.

Это была еще одна вещь в моей новой жизни, которую я хотела, но не могла иметь.

ГЛАВА 12

София

Прошло три дня почти блаженства. Почти, потому что каждый раз, когда я входила в гостиную, пианино дразнило меня, искушая, как запретный плод. Я жаждала поиграть на нем, услышать сладкие мелодии, которые я могла бы сочинить, но я не осмеливалась прикоснуться к нему. Пока не попрошу разрешения у Майлза. Мне показалось, что это было правильно.

Что касается мудака, то я не видела его с тех пор, как он бросил меня на следующий день после нашей свадьбы. Каждое утро, когда я просыпалась, его уже не было, и он возвращался домой задолго до того, как я ложилась спать. Единственная причина, по которой я знала, что он вообще вернулся домой, была в том, что меня разбудил грохот его машины, катящей по трассе. О, и свежий аромат кожи и дерева, который встречал меня каждое утро, когда я спускалась по лестнице, чтобы сварить кофе.

Я не возражала. Я вполне наслаждалась покоем. По крайней мере, поначалу. Это было похоже на уединение, но с затянувшимся вопросом о том, когда мой неохотный сосед по дому снова почтит меня своим присутствием.