Но с новой волной решимости я отбросила воспоминание, понимая, что нужно сосредоточиться и не позволять призракам прошлого отвлекать меня. Легко сказать – особенно когда пытка, причинённая теми, кто стоял совсем рядом, разливалась по всему моему телу.

Я не знала, сколько времени провела, застыв в воспоминаниях, но, когда лунный свет блеснул на лопате Грима, я осознала: время на исходе. Я потеряла целый день, проведя его с Мэйсоном, и мой срок истекал.

Не то чтобы я о чём-то жалела. Провести вечность в промежуточном мире стоило того, что я пережила с Мэйсоном. Сначала во мне действительно шевелилась вина, но по мере возвращения воспоминаний она ослабевала. Эрик знал о моих чувствах к Мэйсону и вместо того, чтобы заставить меня вычеркнуть его из жизни, принял это.

Принял, что я люблю их обоих.

Наша жизнь могла бы быть интересной, если бы нам позволили жить. Но трое ублюдков, которые сейчас без тени раскаяния раскапывали мою могилу, позаботились, чтобы ни у кого из нас не было будущего.

Я отказалась позволить им продолжать дальше.

— Ищете меня? — трое парней резко повернулись к тому месту, где я появилась из тени.

— Что. За. Хрень? — произнёс Пайро, в тот же миг, как Бутч выдохнул:

— Быть не может.

Грим молчал, прищурившись на меня. В свете луны, падавшем на нас, я видела, как у Пайро отвисла челюсть, а на лице Бутча застыло шоковое оцепенение.

— Вам было мало изнасиловать и убить меня, так вы ещё пришли разрушить мой покой, — я кивнула в сторону могилы, и боль пронзила меня, когда я разглядела слова на надгробии.

Меня накрыла всепоглощающая потребность оплакать жизнь, оборвавшуюся слишком рано. Не только свою – но и жизнь моей матери и отчима. Моих друзей. Эрика и Мэйсона.

— Как, мать твою, ты здесь..? — спросил Бутч, вынимая один из своих зверского вида ножей из ножен на поясе. Он всегда носил их с собой, где бы ни был. За это его и прозвали Мясником.

Сдерживая рвущиеся наружу рыдания, я сделала шаг вперёд. Тела Бутча и Пайро напряглись, а Грим остался стоять на месте, его спокойный, расчётливый взгляд неотрывно следил за мной.

— Думаю, вам стоит спросить, зачем я здесь? На это ответить куда проще, — я пожала плечами. — Чтобы покончить с вами всеми.

— Пошла ты, мелкая стерва! — взревел Пайро. — Мы убили тебя, ты мертва!

— Забавно, то же самое говорил Буги, прямо перед тем, как я изрубила его, словно луковицу, — я склонила голову набок

— Ах ты ж… — начал Пайро, но Грим прервал его.

— Хватит, — произнёс он, его тон был холодным. Собранным. Он шагнул между Пайро и Бутчем, не отводя от меня взгляда. — Рад тебя видеть, сестрёнка. Скучал по тебе.

— Не могу сказать, что взаимно, братец, — я фыркнула.

— Так это ты убивала моих парней, а? — он усмехнулся.

— Ага. Готов присоединиться к ним?

— Не сегодня, — его усмешка переросла в злобную ухмылку, полную коварства.

— Не хочу тебя разочаровывать, — парировала я, с сарказмом в голосе, в то время как моё тело изнутри помнило всё, что он мне сделал.

Грим постучал пальцем по губе, как всегда, делал, когда обдумывал что-то.

— Знаешь, либо ты проделала невероятную работу, инсценировав собственную смерть, либо Бак был прав с самого начала: ты – призрак. Полагаю, есть только один способ это проверить.

Без всякого предупреждения он выхватил пистолет из-под куртки и выстрелил в меня дважды. Ворон на дереве в панике вскрикнул, когда обе пули вонзились мне в грудь. Я отшатнулась, ослепляющая боль разорвала тело, подкашивая колени. Я рухнула на землю, зажмурившись от невыносимой боли, сковывающей всё моё тело.

— Проверь её, — приказал Грим откуда-то издалека.

— Я не пойду, — огрызнулся Пайро, настоящий трус.

— Грёбаная киска, — прошипел Бутч. По крайней мере, в чём-то мы были согласны. — Я проверю.

В ночной тишине послышалось шуршание шагов, пока Бутч приближался к тому месту, где я лежала, – пулевые раны на мне медленно затягивались. Вспомнив про нож, спрятанный в рукаве моей здоровой руки, когда я уходила от Мэйсона, я незаметно перехватила его, сжав рукоять в ладони, но лезвие оставалось скрыто под бедром.

— Она не двигается, — сказал Бутч, приблизившись, но не осмелился подойти вплотную.

— Проверь пульс, — потребовал Грим. Он был таким же трусом, как Пайро, посылая Бутча делать грязную работу.

Несмотря на боль, всё ещё пронзавшую меня, я подавила смешок. Проверить пульс? Удачи с его поисками.

Я почувствовала, как Бутч замешкался, прежде чем опуститься на землю, всё ещё нависая надо мной. Его тёплые пальцы коснулись моей шеи и замерли на несколько секунд.

— Нет пульса, — крикнул он, уже поднимаясь, но в последний момент застыл. — Погоди, — он рванул мою куртку наотмашь, и, даже с закрытыми глазами, я представила выражение его лица, когда он не нашёл ни единой раны на моей груди. — Здесь… здесь нет крови.

Я приоткрыла глаза, незамеченная Бутчем, который уставился на мою грудь, его брови сдвинуты от полного недоумения.