Как вдруг его взгляд намертво прикипел к одному из текстов, а кровь в жилах буквально заледенела:

'Чудовищный взрыв сотряс дом номер семьдесят девять по улице Дирам, что в кварталах Баклундского моста. По предварительным данным, катастрофа напрямую связана с преступным синдикатом «Черный Череп»…

Официальные сводки гласят, что вся верхушка банды сгорела заживо в этой внезапной детонации. Среди опознанных тел числятся Лима, Морера, Годопс…'

«Как такое возможно…» — Ричардсон ошарашенно потряс головой, всерьез усомнившись, не грезится ли ему всё это наяву.

Глава 763 Мистер Икс

Особняк номер сто шестьдесят по улице Бёклунд, обеденная зала на втором этаже.

Клейн только-только надкусил заботливо намазанный прислугой тост с маслом, как порог переступил мажордом.

Отвесив выверенный поклон, Вальтер доложил:

— Сэр, минувшей ночью некий незваный гость дернул шнурок нашего дверного колокольчика.

— Учитывая столь поздний час, я не посмел тревожить ваш сон, а лишь вооружил лакеев двуствольными ружьями и расставил их в ночной дозор по периметру.

— Если будет на то ваша милость, сегодня же я наведаюсь в местное полицейское управление и потребую усилить ночные патрули в нашем квартале.

«Держать при себе подобного вышколенного дворецкого — одно сплошное удовольствие, и единственный его изъян — это баснословный ценник…» — Клейн едва заметно, благосклонно кивнул и, сделав глоток свежего парного молока, отозвался:

— Превосходно.

…………

Улица Бёклунд, дом номер тридцать девять. Резиденция парламентария Махта.

Заглянув в малую гостиную на втором этаже, Хейзел застала свою матушку Лиану за праздной беседой с экономкой.

— Что-то стряслось? — поинтересовалась девушка, изящно заправляя за ухо непослушную темно-зеленую прядь.

Лиана издала легкий смешок:

— Вчера глубокой ночью кто-то дернул за колокольчик у дверей особняка мистера Дантеса.

— Чья-то дурная шутка? — Хейзел присмотрела себе кресло и грациозно опустилась на обивку.

— Одному богу известно. Как бы там ни было, мажордом Дантеса нынче поутру специально наведывался в полицию, — пересказала матрона свежие сплетни, выуженные из болтовни прислуги.

Хейзел ответила скупым, едва уловимым кивком:

— Привлечь констеблей — самое благоразумное решение.

— Вот только проку от них никакого, ведь виновника так и не сыскали. Поговаривают, у дверей не обнаружили ни единой живой души, — с улыбкой покачала головой Лиана.

Девушка на долю секунды опешила, и с ее губ на одних инстинктах сорвалось:

— Ни единой живой души?

— Истинно так. Впрочем, дворецкий Дантеса, судя по всему, просто добился усиления ночных патрулей в наших кварталах, что само по себе весьма недурно, — будучи супругой члена нижней палаты парламента и дочерью маститого барристера, Лиана располагала прекрасными связями в полицейском управлении.

— Ни единой… — глухо прошептала Хейзел, с головой погружаясь в вязкое молчание.

Спустя какое-то время она покинула гостиную, направившись обратно на третий этаж.

На полпути девушка не удержалась и, намертво сжав кулачки, сделала несколько резких выпадов в пустоту, словно пытаясь что-то проверить. В ее взгляде сквозило откровенное, нескрываемое недоумение.

…………

Тем временем в хозяйской спальне Клейн неотрывно взирал на высящуюся перед ним гору золотых монет. В его глазах так и плясали ослепительные, алчные искорки.

Этот клад был эквивалентен баснословным четырем тысячам фунтов!

Потратив на сборы добрую неделю, «Адмирал Звезд» Катлея наконец-то закрыла сделку по выкупу «Весов Фортуны». Помимо этого золота, пиратская владычица отстегнула еще и шесть с половиной тысяч наличностью.

«Положа руку на сердце, такая россыпь сверкающего металла бьет по восприятию куда сокрушительнее, чем аналогичная по объему пачка бумажных ассигнаций…» — с искренним восхищением констатировал сыщик. Запустив руку в карман, он выудил тринадцать лоэнских соверенов, снятых с тела «Адмирала Крови» Сеньора, и со звоном присовокупил их к общему капиталу.

Покончив с этим сладостным занятием, юноша извлек губную гармошку авантюриста и, поднеся ее к губам, с силой дунул.

Абсолютно бесшумно прямо перед ним соткалась фигура Рейнетт Тинекер. Жуткая посланница всё так же небрежно удерживала за волосы свои четыре златовласые, красноглазые головы.

— Сударыня, это первый взнос. В сумме ровно четыре тысячи тринадцать фунтов, — Клейн титаническим усилием воли оторвал взгляд от золотых гор и посмотрел на госпожу вестницу.

Сыщика до смерти разбирало любопытство: как именно эта леди собирается утащить такую неподъемную тяжесть? Ведь, насколько ему не изменяла память, письма она предпочитала виртуозно перехватывать зубами.

— Превосходно… — Осталось… — Пять… — Тысяч… — Девятьсот… — Восемьдесят… — Семь… — поочередно чеканили зажатые в руках Рейнетт Тинекер головы.