Вдобавок, виртуозно читая между строк первую запись, сыщик, пустив в ход вбитые еще на Земле навыки анализа текстов, безошибочно вычленил всю ту свинцовую тяжесть и клокочущую ярость, что терзали душу императора. Перед ним обнажилась скрытая, нелицеприятная изнанка:

Очевидно, что, едва шагнув в ангельские чертоги, Рассел мгновенно оказался под жестким, удушающим колпаком Церкви Пара. Сам Бог Пара и Машин беззастенчиво влез в разум его младшего отпрыска, Боновы, вылепив из него фанатичного, слепого раба веры. Эдакую идеальную заготовку, которой в будущем уготовано место в «Идеальном мире» в чине покорного ангела.

Вот только этот подлый финт ни на йоту не сломил волю Рассела и не заставил его поджать хвост. Напротив, он лишь распалил в его сердце первобытное, неистовое пламя бунта.

«Уж не этот ли вызов небесам и превратил императора в изгоя, ополчив против него весь мир?» — Клейн медленно, глубокомысленно кивнул собственным выводам.

Параллельно его внимание зацепилось и за судьбу Заратула. Юноша всерьез заподозрил, что этот «Чудотворец» решился на штурм первой Последовательности исключительно после того, как прибрал к рукам ту самую проклятую тетрадь Антигонов. Наверняка он заплел целую паутину коварных интриг, но на финальном рубеже что-то пошло не так, и бедолага мутировал в чудовище. Хотя… если верить откровениям волшебного зеркала Арродеса, Заратул мог вовсе не сорваться в безумие, а лишь виртуозно разыграть спектакль, скрываясь во мраке и выжидая своего часа.

Проглотив эти выводы, Клейн перелистнул страницу, устремив взор на следующую запись. Хронология здесь дала резкий скачок:

'Пятое октября. Мои ищейки из спецслужбы в черном повязали кучку фанатиков «Первозданной Луны», сорвав их кровавый обряд жертвоприношения прямо на корню.

То, что они продемонстрировали на допросе, вызвало у меня жгучий интерес. Сдается мне, их паранормальные таланты и впрямь черпаются прямиком от этой багровой луны, висящей в небесах.

Вот только какая досада: железобетонные астрономические выкладки вопят о том, что эта луна — самый заурядный естественный спутник, покорно наматывающий круги вокруг нашей планеты. Так каким же непостижимым образом в ней сплавились воедино сухая физика и первобытная мистика?

С моими нынешними силами слетать на эту луну и пощупать всё своими руками — задача отнюдь не из разряда фантастики. Да, придется изрядно попотеть и повозиться с подготовкой, вот только резона рвать жилы я пока не вижу'.

'Седьмое октября. Рубикон пройден. Я принял окончательное, железобетонное решение.

Я намереваюсь перепрыгнуть на смежную стезю — Путь «Тайноведа». Лишь этот маневр дарует мне призрачный шанс вознестись на престол первой Последовательности!

Меня уже давно терзают смутные подозрения, что этот хваленый Скрытый Мудрец изначально был лишь слепым, безжизненным концептом «Уникальности». А уж потом, в силу какой-то чертовщины, эта дрянь обрела собственный разум и восстала из небытия. А значит, вакантное место на первой ступени этого Пути всё еще свободно, и дожидается именно меня!'

Глава 715 Безумие на склоне лет

'Формулу зелья «Императора Знаний» я давным-давно выудил из недр той самой древнейшей ложи. И вот теперь наконец-то пришел час взяться за поиски соответствующих ингредиентов. Одному богу известно, где они сейчас: быть может, уже осели в руках какого-нибудь ангела, а может, намертво слились с окружением, породив гротескного, порочного монстра или же хаотичный, вселяющий первобытный ужас запечатанный артефакт нулевого класса. Как бы там ни было, действовать придется с запредельной, ювелирной осторожностью. В идеале — раздобыть надежных соратников.

Сам титул первой Последовательности — «Император Знаний» — звучит донельзя забавно. Не доведись мне лично лицезреть «Скрижали Богохульства», я бы грешным делом решил, что этот эликсир принадлежит к Пути «Читателя» и является вотчиной Церкви Бога Знаний и Мудрости. Но что самое диковинное: эти две стези напрочь лишены какой-либо взаимозаменяемости.

В свое время мы живо обсуждали этот парадокс с тем самым таинственным предводителем и почтенным старцем Гермесом. В итоге мы пришли к единому знаменателю: стезя «Читателя» олицетворяет аспект «всеведения» в триаде всеведающего и всемогущего божества. В то же время «Тайноведец» и «Ученый» воплощают собой сами знания как таковые, разбиваясь на две грани — одна тяготеет к мистике, а другая уходит корнями в материальную реальность.

Хех, стоит мне лишь взойти на престол «Императора Знаний», как моей малышке Бернадетт больше не придется трястись от страха перед ментальными вливаниями «Скрытого Мудреца». Да и вечная погоня знаний за ней прекратится навсегда'.