— Обождем от четырех до шести часов. Если твоя тушка не выкажет никаких аномалий, мы тоже позволим себе слегка перекусить.

«…» Андерсон лишь беззвучно похлопал ртом, не в силах выдавить из себя ни единого слова.

Сыщик благоразумно проигнорировал его ступор и, повернув голову к Даницу, скомандовал:

— Четверть часа на привал, а затем выдвигаемся на поиски твоего капитана.

Произнося эти слова, он уже извлек на свет те самые жемчужные серьги, принадлежавшие «вице-адмиралу Айсберг» Эдвине Эдвардс.

— Добро! — Даниц внезапно ощутил, как кровь в жилах закипает от первобытного азарта, напрочь выжигая память о царящей вокруг ледяной стуже.

Впрочем, не прошло и семи-восьми секунд, как корсар зябко поежился и инстинктивно придвинулся поближе к спасительному пламени костра.

…………

Семь часов вечера по времени внешнего мира. Клейн, придерживая шляпу и крепко сжимая трость, плечом к плечу с Даницем и Андерсоном уверенно шагал по следу. Ведомые откровениями прорицания, они наконец-то вышли к подножию горного пика.

Обогнув исполинский, скованный толстым панцирем льда валун, троица наткнулась на зияющий непроглядным мраком зев пещеры. На страже у самого входа застыла женщина, сжимающая в руках архаичный, дышащий древностью лук.

Ее гладкие, отливающие мягким блеском смоляные волосы были небрежно стянуты в простой конский хвост. Черты лица поражали удивительной, утонченной плавностью, в корне отличаясь от облика уроженцев любой из держав Северного континента.

Облаченная в коричневую охотничью куртку старинного кроя и плотные штаны, незнакомка с пугающе острой интуицией мгновенно устремила взор в их сторону.

Едва заметив её слегка заостренные уши и сопоставив это с сюжетом «Дневника путешествий Гросселя», Клейн безошибочно установил личность этой девы:

Эльфийка, первой сведшая знакомство с исполином Гросселем. Имя — неизвестно.

«Если проводить параллели с Землей, то жители Северного континента тяготеют к европейскому фенотипу, а вот эта эльфийка источает явный, кричащий восточный колорит…» — Клейн молниеносно вылепил в уме портрет незнакомки.

— Эльфийка! Она точь-в-точь как те создания с древних церковных фресок! — Андерсона внезапно захлестнула волна неистового восторга. — Я просто обязан с ней переговорить! Уговорю её стать моей натурщицей и напишу с неё пару-тройку шедевров!

Стоящий подле него Даниц презрительно фыркнул и предельно лаконично припечатал:

— Деревенщина!

Пират, вне всяких сомнений, не забыл те едкие насмешки, которыми щедро осыпал его Охотник.

— Тебе лишь бы порнуху мерещилось, да? — Андерсон искоса мазнул по нему взглядом и, прибавив шагу, целеустремленно направился к деве-эльфийке.

Но стоило ему сделать лишь шаг навстречу, как эльфийка без малейших колебаний вскинула длинный лук. На острие наложенной на тетиву стрелы угрожающе заплясали слепящие, серебристо-белые разряды молний.

— Воу-воу, полегче! — Андерсон мгновенно притормозил, примирительно вскинув обе руки.

«Дохлый номер. Львиная доля эльфов шагает по Пути „Моряка“. Они от природы вспыльчивы, как порох, и до одури безрассудны…» — Клейн, ничем не выдав своих намерений, бесшумно активировал зрение «нитей духовного тела», намереваясь взять дикарку под первичный контроль, чтобы заставить ее хотя бы выслушать их.

Но в этот самый миг перед глазами Андерсона всё внезапно поплыло. Его взору предстали две исполинские, отливающие пепельно-синим цветом, словно высеченные из камня ноги, а рядом — намертво вонзившийся в глубокий снег чудовищный двуручный меч!

«…» Андерсон с оторопью осознал, что его макушка едва достает этому существу до колена. Повинуясь чистым инстинктам, он принялся медленно, дюйм за дюймом, скользить взглядом вверх по испещренному вязью лезвию.

Лишь запрокинув голову так, что едва не завалился на спину, искатель сокровищ наконец разглядел нависшую над ним громадину: перед ним возвышался гигант ростом под добрых четыре метра!

Кожа исполина отливала пепельно-синим оттенком. Его торс и бедра укрывали грубо сшитые, толстые звериные шкуры, однако всё остальное тело, включая огромные босые ступни, совершенно не боялось лютой стужи, оставаясь обнаженным.

Опираясь на клинок, чья ширина с лихвой перекрывала любую амбарную дверь, гигант уставился на пришельцев своим фирменным, вертикальным циклопическим глазом. Его голос прогудел, словно раскат грома:

— Кто вы такие?

— И что забыли здесь, в лагере Гросселя?

Клейн уже приоткрыл было рот для ответа, как вдруг из непроглядного мрака исполинской пещеры вынырнул до боли знакомый силуэт. Взгляд Даница в ту же секунду полыхнул диким, неистовым восторгом.

«Вице-адмирал Айсберг» Эдвина, облаченная в светлую блузу с замысловатой вышивкой и темные брюки, скользнула взглядом по троице. На ее вечно ледяном, бесстрастном лице проступила явная, нескрываемая растерянность — пиратка явно не ожидала наткнуться здесь на Германа Воробья и Андерсона Худа.