«Да и вообще, домену бурь покровительствует олово — металл бросовый, стоит сущие копейки. А саму паранормальную искру им дарует „Скипетр Морского бога“, так что я не потратил на них ни лишнего пенни…» — бормоча себе под нос, юноша толкнул створку окна.

А в это самое время исполинский, слепленный из мертвой плоти серо-черный монстр подтянулся еще выше. С его приближением волосы мечущихся по палубе матросов начали дико, бесконтрольно расти, в считанные мгновения опустившись ниже поясницы.

Но это было отнюдь не самое страшное. Леденящий душу кошмар заключался в ином: одна копна русых волос словно обрела собственную извращенную волю. Локоны зазмеились, переплетаясь друг с другом, и принялись намертво пеленать своего же хозяина.

Один за другим корсары становились жертвами подобной аномалии. Сияющий звездный щит «Будущего» оказался не в силах полностью отсечь эту чудовищную скверну.

Не обошла беда и бритоголовых пиратов, тщетно уповавших на свою спасительную лысину. У них с пугающей, видимой глазу скоростью начали прорастать волосы из носа, наглухо закупоривая дыхательные пути.

У распахнутого окна капитанской каюты «Адмирал Звезд» Катлея, невесть когда вскинувшая руки, сжимала в пальцах свиток, на вид выделанный из гладкой акульей кожи.

— Паралич!

Под эхо этого заклинания на древнем гермесе свиток беззвучно занялся пламенем. Из него вырвался ослепительный, бледно-зеленый луч, безошибочно вонзившись в исполинскую ладонь твари, цепляющуюся за борт.

Увы, извивающаяся масса слепленных трупов даже не замедлилась. Гигантская длань с размаху обрушилась на мерцающий звездный щит. Осколки света брызнули во все стороны, а сам галеон содрогнулся от чудовищного удара.

Пурпурный отлив в глазах Катлеи мгновенно потемнел и сгустился. Не став тратить время на новые свитки, она резким, властным жестом выбросила правую ладонь вперед.

— Клетка!

Едва это тяжелое, дышащее мистикой слово слетело с губ пиратской владычицы, как кружащие вокруг нее ослепительные искры сорвались с места. Одна за другая они устремились к серо-черному чудовищу.

Звездная пыль мгновенно уплотнилась, выковав вокруг монстра исполинский прозрачный янтарь. Стенки наглухо спеленали пульсирующую плоть, пригвоздив тварь к ее изначальному месту.

В эту самую секунду в правой руке «Сильнейшего Охотника» Андерсона уже материализовался непроницаемо-черный, матовый короткий меч. Его лезвие, казалось, было сплошь покрыто извивающейся вязью зловещих рун, однако это был лишь искусный морок.

Воспользовавшись тем, что чудовище угодило в звездный капкан, Андерсон позволил ослепительно-белому пламени окутать свое тело.

Огненным метеором он перемахнул через фальшборт, обрушившись прямиком на сотканную из мертвецов серо-черную тушу.

Ослепительно-белое зарево принялось молниеносно, зигзагами носиться по поверхности монстра, словно безумный художник, творящий свой шедевр на пределе возможностей.

Вжух! Ревущее пламя столбом взметнулось в небеса, а Андерсон, не выпуская из рук черного клинка, хищным прыжком вернулся на палубу.

Исполинская тварь так и осталась неподвижно висеть в ловушке, казалось, напрочь лишившись искры жизни.

Хрясь! Хрусь! Тресь! Шкура монстра покрылась целой паутиной зияющих, бездонных разломов, и в жалкую долю секунды его разорвало на мириады мелких, кровоточащих кусков плоти.

«А пробивная мощь у этого „Жнеца“ и впрямь заоблачная…» — Клейн, уже успевший перетасовать свой арсенал и вернувшийся к окну, воочию узрел эту картину.

Внезапно его брови едва уловимо дрогнули, сойдясь на переносице.

Грянула новая, непредвиденная напасть: растерзанные куски плоти вдруг отрастили собственные «руки и ноги». Подобно саранче, они сплошной, застилающей небо тучей ринулись прямо на палубу «Будущего».

Этот серо-черный исполин казался воистину бессмертным: на сколько кусков его ни разруби, он лишь плодил новые, омерзительные полчища монстров!

Абсолютно бесшумно один из таких мясных комков отпружинил от палубы прямо напротив капитанской каюты. Хищно разинув пасть, он метнулся к «Адмиралу Звезд», намереваясь наглухо укрыть ее голову.

В тот же миг из густой тени вынырнул силуэт, надежным щитом заслонив Катлею. Это был не кто иной, как «Бескровный» Хит Дойл.

Мужчина распахнул рот. Его плоть с тошнотворным треском начала расходиться по швам — от самого носа и до живота, стремительно превратившись в гротескный, медленно пульсирующий водоворот из мяса и крови.

Эта жуткая воронка намертво всосала в себя серо-черный комок. Края раны мгновенно схлопнулись, заживо похоронив тварь в недрах тела Хита.

«Бескровный» безмолвной тенью опустился на доски. Его изрядно шатнуло, но он быстро вернул себе равновесие и первозданный облик, а тот самый кровожадный мясной огрызок исчез без следа.

«Самая дикая, леденящая жуть в этом ублюдке — его аномальная живучесть. Вот бы умыкнуть этот талант…» — спалив очередной амулет «Левитации», Клейн выскользнул в окно. Вытянув вперед правую руку, обтянутую черной перчаткой, он широко растопырил пальцы.