Ради столь безупречного «отыгрыша» сыщику пришлось в спешном порядке осваивать искусство управления повозкой и лошадьми — тот самый пробел в навыках, который он так и не успел закрыть во времена службы в тингенском отряде Ночных Ястребов. Поскольку времени на полноценную учебу катастрофически не хватало, а его познания оставляли желать лучшего, Клейн пошел на хитрость: он пустил в ход леденящую ауру «Ползучего голода», заставив несчастную клячу повиноваться из чистого животного страха.

Тем временем из укрытия неподалеку вынырнул Даниц. Пират проворно вскочил на облучок, перехватив поводья.

Нахлобучив глубоко на глаза круглую фетровую шляпу, он своим нарядом ни на йоту не отличался от самого заурядного возницы.

Элен, подобравшись и слегка ссутулившись, замерла в напряженной стойке, готовая в любую секунду рвануться вперед, словно смертоносная пантера.

Девушка кожей ощущала, как тяжелый взгляд незнакомца неторопливо, дюйм за дюймом ощупывает ее лоб, брови, глаза, нос, губы, скользит по шее, груди, талии и спускается к ногам. От этого бесцеремонного сканирования ей стало до жути не по себе.

С подобными сальными, раздевающими взглядами ей не раз доводилось сталкиваться и в Интисе, и в самом Трире, и за годы морских скитаний. Так пялились лишь отпетые мерзавцы да похотливые, омерзительные ублюдки, чьи помыслы не сулили ничего хорошего.

Однако на сей раз, как ни парадоксально, она не почувствовала себя оскорбленной. Интуиция подсказывала, что этот мужчина вовсе не бредит грязными фантазиями и не горит желанием сорвать с нее одежду.

Напротив, его взор был скорее похож на взгляд хищника, препарирующего свою добычу… Казалось, будто холодная, скользкая змея медленно обвивается вокруг ее тела… Не в силах больше выносить эту пытку, Элен первая нарушила молчание:

— Что вы хотите узнать?

Клейн, уже досконально впечатавший в память каждую черточку ее лица и тела, слегка подался вперед. Непринужденно опустив локти на бедра и сцепив пальцы в неплотный замок, он произнес:

— Вам знакомо имя Джимми Нек?

Элен на пару секунд погрузилась в раздумья, после чего решительно покачала головой.

Слегка нахмурившись, она с искренним недоумением переспросила:

— Вы часом не ошиблись адресом?

— Это весьма состоятельный делец, питающий страсть к коллекционированию редкостей. Вам не доводилось слышать о ком-то подобном из уст Трейси? — с нажимом повторил сыщик.

«Трейси…» — девушка лишь горько, беззвучно вздохнула про себя и с предельной искренностью отозвалась:

— Нет, она никогда не упоминала о богачах, увлекающихся коллекционированием.

Клейн, глядя прямо в глаза рыжеволосой красавице, произнес ровным, размеренным тоном:

— В таком случае, не держала ли она в своих покоях древние манускрипты Баламской империи с Южного континента?

— Нет, копаться в подобных бумагах совершенно не в ее духе. Она на дух не переносит чтение, даже романы мне приходилось читать ей вслух, — отвечая, Элен невольно скривила губы в горькой усмешке.

— И какие же романы она предпочитала? — ничуть не изменившись в лице, поинтересовался сыщик.

— Всякую классику из-под пера Рассела да популярные нынче истории о любви, — с обезоруживающей откровенностью поведала девушка.

Клейн понимающе кивнул:

— А тайная комната для коллекций у нее имелась?

— Да, но доступ туда был строжайше закрыт для всех, включая меня. Порог дозволялось переступать лишь ей самой да парочке весьма таинственных визитеров, — погрузившись в воспоминания, ответила Элен.

Клейн выдержал паузу в несколько секунд и, не меняя позы, проронил:

— Расскажи мне свою историю.

— Мою? — опешив, девушка изумленно ткнула пальцем себе в грудь.

Клейн лишь коротко, безмолвно кивнул, не утруждая себя повторениями.

Некоторое время Элен сидела в полнейшем ступоре, после чего наконец выдавила:

— Моя история до боли проста.

— Мой отец был выходцем из бывшей интисской королевской династии — семьи Сорен. В свое время ему досталась весьма солидная доля фамильных богатств, однако он с головой утонул в вине, любовницах, дурман-траве и азартных играх, в конечном итоге доведя себя до полного банкротства.

— Ради уплаты его непомерных долгов я была вынуждена принять ряд выставленных семьей условий. Став Потусторонней, я вышла в море и занялась торговлей.

Глава 579 Академический вопрос

Продолжая свой рассказ, Элен слегка подняла глаза к потолку, словно с головой погрузившись в воспоминания:

— На первых порах я перепродавала сталь и уголь, привезенные с западного побережья моря Внутреннего, в Фейнапот, а оттуда везла обратно в Интис местные диковинки вроде табака, кофе и какао. Это был прибрежный маршрут, относительно безопасный, но с дикой конкуренцией. Чтобы поскорее вырваться из нищеты, я отчаянно копила капитал и всеми силами пыталась повысить свою Последовательность, лелея надежду прорваться в колониальную торговлю.