Кот поднял голову, искоса глянул на меня, мол, я все понимаю, но разговаривать с тобой не намерен, двуногое. Его хвост недовольно дергался из стороны в сторону, хлеща кота по бокам.

Симбионт двух существ… Звучало жутковато. Выходит, этот комок шерсти с крылышками — продукт слияния чего-то с чем-то. А если учесть, что Наира увидела в нем тварь, то… неужели Ночес это смешение оболочки кота с Разломной Тварью?

Может быть, может быть. Структура его оболочки подобна их, но вот поведение… поведение совершенно дружелюбное.

Где-то там, за бетонной стеной в глубине коридора, продолжала шуметь вода, а это значило, что у нас оставалось еще немного времени на откровенные разговоры, прежде чем эльфийка выйдет, и мне придется снова делать вид, что я ни черта не понимаю из гудения этой горной породы.

Ситуация складывалась щекотливая. Если я сейчас прямо скажу Наире, что вдруг начал понимать Камень, это вызовет лавину ненужных вопросов. Она наверняка захочет узнать, как именно я это делаю. Если я совру, что Камень сам научил меня с помощью магии, эльфийка вполне резонно попросит провернуть этот фокус и с ней. А если Камень «откажется», это может вызвать напряжение, подозрения или даже открытую вражду.

А вариант с правдой я вообще рассматривать не собирался. Если я начну рассказывать про висящие в воздухе полупрозрачные строчки, уровни, прокачку навыков и интерфейс Системы, остроухая точно решит, что я окончательно тронулся умом и что мне самое место в комнате с четырьмя мягкими стенами для буйно помешанных.

Поэтому выход оставался только один: нам с картарианином придется помалкивать о том, что мы нашли общий язык. Ну, по крайней мере, помалкивать придется только мне и только в ее присутствии, потому что Наира все равно услышит лишь трубное гудение.

— Хорошо, — сказал я, возвращая внимание собеседнику. — Значит, у вас тоже есть эта Система. Верно?

— Утверждение.

— Слушай, почему ты говоришь «утверждение» каждый раз в конце или начале фразы? — спросил я, не сдержав любопытства.

— А как надо. Вопрос.

— Ну, в нашем языке есть множество самостоятельных слов. Например, «Верно», «Да», «Конечно», «Ага», которые сами по себе выражают согласие без необходимости добавлять маркировку утверждения. То же самое с вопросами. Мы понимаем, что это вопрос, по интонации голоса.

— Тогда, верно. Утверждение.

Я вздохнул, покачав головой. Ладно, тонкости лингвистических нюансов и языковой барьер оставим на потом. Если Система переводит мне его речь вот так, значит, так устроен его родной язык, и переучить его за пять минут у меня не выйдет.

— Тогда открою тебе тайну, — произнес я, понизив голос на полтона. — Я тоже, как ты сказал, избран Системой.

— Что значит четвертое слово с самого начала. Вопрос.

Я на секунду задумался, прокручивая в уме сказанную фразу, отсчитывая слова.

— «Тайна»?

— Верно. Утверждение.

— Это означает что-то скрытое. Что-то секретное, такое, что я могу доверить, например, только тебе одному, потому что уверен, что ты никому об этом не расскажешь.

— А-а-а. Секрет. Я люблю секреты. Восторг. Восторг. Восторг, — неожиданно живо выдал Камень.

При этом он начал забавно покачиваться всем корпусом вверх-вниз, сгибая и разгибая руконоги. Это выглядело так нелепо и трогательно одновременно, что я едва не рассмеялся. Огромная базальтовая глыба, способная стрелять магическими лазерами, радовалась как ребенок, которому доверили взрослую тайну.

— Я уже озвучил, — сказал я сдержанно. — Я избран Системой. У меня есть навыки и уровни.

— А. Это и есть секрет. Вопрос. — Он резко перестал покачиваться и замер. Выдержал небольшую паузу и сухо добавил: — Скука.

— Кому скука, а для кого открытие мирового масштаба, с которым я до сих пор не могу до конца смириться и понять, что вообще происходит, — буркнул я, слегка задетый его реакцией.

— В этом мире такого раньше не было. Вопрос.

— Без понятия, — я пожал плечами. — Может и было, я не историк. Но лично для меня это абсолютная новинка. Я с таким никогда в жизни не сталкивался, и в моем прошлом мире такого не было точно, — добавил я, не подумав.

Слова вылетели быстрее, чем я успел прикусить язык.

— О-о-о-о… — заинтригованно протянул собеседник. — В прошлом мире. А ты не из этого мира. Вопрос.

Смысла отпираться уже не было. Да и к тому же… ну а кому он расскажет, а? Да никому. Нет, ну, рассказать-то он, конечно, может, только не поймет никто.

— Нет. Я не отсюда. Так случилось, что я умер в родном мире, будучи уже очень старым человеком, а очнулся здесь, в теле молодого парня.

— Так значит, мы с существом иной расы оба здесь не из своих миров. Вопрос. — Камень снова присел на лапах и принялся интенсивно раскачиваться. — Восторг! Восторг! Восторг!

Я невольно улыбнулся, глядя на его бурную реакцию.

— Да чему ты так радуешься, каменюка?

Он резко остановился, чуть накренив корпус вбок, словно прислушиваясь к новому слову.

— Что значит последнее слово, вопрос?