Одним из вечеров, после учений, меня вызывают в кабинет начальника гарнизона. Просторный кабинет, затянутый сизым сигаретным дымом, за столом сидит седой полковник, который долго изучает мое личное дело, а затем предлагает сделку. Особые, можно сказать эксклюзивные условия службы, повышенная заработная плата и льготы, но при одном условии: работа будет проходить на отдаленном режимном объекте крайне высокой степени опасности.

— Сдюжишь? — спросил тогда полкан, прищурившись и стряхивая пепел в массивную хрустальную пепельницу.

— Да чего не сдюжить-то, ваше высокоблагородие, — ответил прежний Егор с юношеской самоуверенностью.

А затем картинки в голове снова начали стремительно меняться, наслаиваясь одна на другую. Вот я уже сижу за этим самым рабочим столом в бункере, разогреваю себе обед, как вдруг лампа над головой начинает надрывно мигать красным светом, заливая все помещение.

Я рефлекторно бросаю взгляд на экран локатора и вижу, как на нем стремительно множатся красные точки, приближающиеся к периметру со стороны Разлома. Сердце срывается в галоп, я хватаю прислоненную к столу штурмовую винтовку, с лязгом передергиваю затвор и…

Я резко распахнул глаза, судорожно втягивая носом воздух.

Грудь тяжело вздымалась, а все пространство вокруг меня в реальности, а не во сне, было залито пульсирующим красным светом. Не хватало только какой-нибудь сирены для полного комплекта.

Черный кот, который еще недавно мирно дремал на груди, теперь сидел на табуретке в углу казармы и смотрел на меня немигающими янтарными глазищами, всем своим видом выражая глубочайшее кошачье осуждение тому факту, что я нарушил его покой.

— Вот же дерьмо, только не сейчас, — хрипло выругался я, скидывая с себя одеяло.

Нога тут же отозвалась ноющей болью, напомнив, что я далеко не в лучшей форме для подвигов. Перехватив стоящий у изголовья костыль, я, стиснув зубы, двинулся в сторону смотровой комнаты, торопливо ковыляя и чуть ли не прыгая на одной здоровой ноге, рискуя на каждом шагу растянуться на бетонном полу.

Влетев в главную комнату, я рефлекторно, опираясь на только что полученные чужие воспоминания, бросил взгляд на то место на панели аппаратуры, где должен был находиться локатор.

И интуиция меня не подвела. На небольшом круглом экране, расчерченном зеленоватой сеткой координат, прямо у кромки обрыва светились и медленно перемещались красные точки, которые я видел во сне. Их было не меньше десятка.

Я тяжело оперся на подоконник панорамного окна и выглянул наружу. Ситуация там была, мягко говоря, напряженная. Черный туман, который до этого лениво переваливался через края расщелины, теперь стал густым, плотным, и активно клубился, поднимаясь вверх, напоминая проснувшийся вулкан за секунду до извержения пепла.

Тишину бункера разорвал писк радиоустройства на столе.

Я, уже не раздумывая, накинул на голову наушники и привычным движением щелкнул нужным тумблером, активируя защищенную частоту.

— Активность небольшая, — донесся до меня из динамиков спокойный голос Наи… ры?.. ру?.. ушастой спасительницы, в общем. — Сиди у себя, не высовывайся. Тебе с твоей ногой еще рано геройствовать на периметре, я сама с ними справлюсь.

— Разберемся, — коротко ответил я, не собираясь вступать в долгие дискуссии.

Я решительно щелкнул тумблером, обрывая связь, и снова прильнул к стеклу, внимательно наблюдая за происходящим снаружи, чтобы оценить масштабы бедствия.

Из бурлящего черного марева по отвесным скалистым стенам обрыва начали стремительно карабкаться темные уродливые существа. В густом тумане их гуманоидные силуэты были едва различимы, они сливались с тенями, но их неестественно длинные, когтистые конечности и дерганые, порывистые движения все равно можно было разглядеть на фоне белого снега, когда они подбирались ближе к краю.

Автоматическая система обороны отреагировала мгновенно. С оглушительным грохотом, который был слышен даже сквозь толстое стекло бункера, ожили спаренные турели на постаментах. Длинные языки пламени вырвались из стволов, поливая кромку обрыва свинцовым дождем. Твари, попавшие под этот шквал, дергались и срывались вниз, но на их место тут же лезли новые.

Некоторые из них умудрялись прорваться через зону обстрела и с размаху влетали в натянутую паутину тросов. Контактные мины срабатывали, и существа буквально разлетались на бесформенные черные куски, которые, не успев даже коснуться земли, с шипением испарялись на морозном воздухе.

С противоположной стороны Разлома, из бункера эльфийки, начали регулярно вспыхивать короткие огоньки выстрелов. Наира, похоже, работала из крупнокалиберной снайперской винтовки, методично отстреливая тех тварей, что пытались обойти зону поражения турелей.