Она скинула выданный мной халат прямо на кресло и скользнула под одеяло, прильнув ко мне всем телом. Кожа у нее была горячая, чуть влажная после душа, а от мокрых волос приятно пахло моим же дешевым хвойным шампунем из армейских запасов.

— Я оставила тебе горячей воды, — сказала она тихо, устраивая голову у меня на плече и закидывая ногу мне на бедро.

Ну спасибо и на том, ваше благородие! Прямо с барского плеча одарили! Что б я без вашей милости делал-то! Ах да, мылся бы спокойно, не высчитывая в уме, сколько еще литров кипятка мне осталось, чтобы не домываться под ледяной струей из скважины.

Она перевела взгляд на экран телевизора.

— Ого, тебе «Сверхлюдишки» нравятся?

— Включил первое попавшееся, — честно признался я, поглаживая ее по плечу. — Понятия не имею, о чем тут вообще речь идет.

— Ой, такой саркастический сериал, который показывает супергероев с обратной стороны. Вся их грязь, пиар, корпоративные интриги, — принялась объяснять Ольга. — В целом прикольно, и первые сезоны вообще огонь, но к пятому откровенно скатились.

— Не против глянуть? — уточнил я на всякий случай. Мало ли, вдруг у столичного следователя аллергия на низкопробный юмор.

— Нет конечно, включай, —отозвалась она, удобнее устраиваясь на моем плече и натягивая одеяло повыше.

Я улегся поудобнее, прибавил громкость и нажал на запуск. На экране промелькнула динамичная заставка под бодрую рок-музыку, после чего нам начали показывать завязку сюжета, где какой-то молодой парень с девушкой шли под ручку…

Скррррррггггр.

Я нахмурился и чуть повернул голову в сторону коридора, прислушиваясь. Тишина. Только телевизор бубнит. Наверное, показалось. Ветер ветку на крышу бросил, вот она по бетону и елозит.

Снова уставился в экран.

Скррррррррррррррррр.

Протяжный, мерзкий звук металла по металлу.

— Ты слышал? — спросила Ольга, чуть приподняв голову с моего плеча и посмотрев в сторону коридора.

— Еееегееееееерь… — донеслось до меня из-за нескольких бетонных переборок и закрытого шлюза глухое, едва-едва различимое слово, которое больше походило на заунывное завывание ветра в трубе: — Е-е-е-рь…»

Я закрыл глаза и тяжело вздохнул.

— Ага. Пойду гляну, что там, — сказал я, неохотно выбираясь из-под теплого одеяла, вставая с дивана и накидывая на плечи свой халат.

СКРРРРРРРРРРРРРРРР.

И чем ближе я подходил по темному коридору ко входным дверям тамбура, тем отчетливее этот звук походил на… скрежет огромных когтей по бронированной стали.

Да чтоб тебя разорвало, животное нетерпеливое! Я приложил ладонь ко лбу, едва не расшибив его от избытка чувств. Ну только не говори мне, что ты решил припереться за своим ужином прямо сейчас, когда у меня тут инспекция из штаба в постели лежит!

— ЕГЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕЕРЬ! — послышалось приглушенное толстым металлом, но уже гораздо более различимое и требовательное рычание с той стороны.

Я подошел вплотную к двери, повернул запорный вентиль и приоткрыл тяжелую створку буквально на толщину ладони, впуская в тамбур клубы морозного пара.

В узкую щель тут же просунулся здоровенный мокрый кожаный нос размером с хороший такой мужской кулак и шумно втянул воздух.

— О, а вот и ты, — пророкотал медведь-шатун, глядя на меня глазом сквозь щель.

— Ну ты и время выбрал, косолапый, — злобным шепотом процедил я, стараясь говорить как можно тише.

— Ты обещал мне еду! — возмутился медведь, и его ухо недовольно дернулось. — Вот я и пришел как договаривались. Уже ночь на дворе! Так что, где моя еда?

Я обреченно вздохнул, понимая, что просто так от этой мохнатой гопоты не отделаешься, и если я его сейчас прогоню, он ведь из принципа начнет мне дверь ковырять, и я ее потом неделю шлифовать буду, или начнет реветь так, что Ольга за пистолет схватится.

— Сейчас выйду. Жди тут и не скребись больше, — приказал я, захлопывая створку и задвигая засов обратно.

Я побрел по коридору обратно в игровую комнату, чтобы быстро переодеться.

Стянул халат и начал торопливо натягивать теплые штаны.

— Ты куда? — удивилась Ольга, приподнимаясь на локтях и глянув в сторону коридора.

— Вечерний обход, — ответил я тоном человека, который просто делает свою скучную работу. — Заодно гляну, что там скреблось по двери. Не хотелось бы, чтоб какие-нибудь крысы завелись.

— КРЫСЫ?! — она взвизгнула так, что едва не подскочила на месте, инстинктивно подтягивая колени к груди и кутаясь в одеяло по самый нос.

Вот ведь парадокс: магические аномалии, исчезающие караваны и трупы она исследует с лупой, а при слове «крыса» готова на люстру запрыгнуть.

— Я сказал, что не хотелось бы, — поспешил я ее успокоить, натягивая свитер. — Так-то их тут нет, бетон метр толщиной. Ветку скорее всего ветром принесло, вот и трется. Спи. Я скоро буду.