– Можно выкинуть его в окно, – предложила она. – Там тупик и какая-то служебная дверь, которая ночью точно не откроется. А под нашим окном как раз мусорные баки стоят, туда его и поместим.

– Идея, в принципе, неплоха, – подумав, согласился я. – Вот только скидывать его нельзя, слишком шумно будет. Надо бы аккуратно на верёвке спустить. У тебя же вроде была хорошая верёвка?

– Есть верёвка, сейчас достану, – она с трудом сумела подняться на ноги и начала рыться в своём рюкзаке.

Я на всякий случай взял в руку свой пистолет. Не то чтобы я ожидал какой-то схватки – просто чувствовал себя неуютно без оружия. Мой нож торчал в животе посетителя, и вытаскивать его мне совсем не хотелось.

Окно открылось легко – шпингалет безо всякого усилия вышел из гнезда, и петли не скрипнули. Что ни говори, а дверги технику любят и обслуживают её как положено. Я осторожно выглянул в окно и едва не подпрыгнул, когда снизу раздался женский голос:

– Всё прошло нормально, Берс? Давай спускай её, я приму.

– Сейчас спущу, – со злостью прошипел я и вскинул пистолет.

В последний момент я вспомнил, что шуметь нельзя, и выстрел прозвучал совершенно беззвучно. Я почти не целился, однако пуля вошла ей точно в центр лба. В общем, результат меня изрядно поразил, но размышлять над этим было некогда, и я оставил эту загадку на потом.

– Арна, – позвал я. Она к этому времени уже нашла верёвку и сейчас обвязывала труп под мышками, причём надо заметить, обвязывала довольно грамотно. – Там внизу была ещё женщина, наверное, та самая якобы сестра, и я её тоже прикончил.

Арна покрутила головой, уже ничему не удивляясь.

– Что дальше? – только и спросила она. – Нам бежать нужно?

– Ни в коем случае, даже не думай об этом. Если убежим, то автоматически признаемся, что это мы их убили, а долго бегать у нас не получится. Обязательно поймают, причём быстро.

– Тогда что нам делать?

– Иди вниз, – распорядился я. – Примешь труп, а я потом спущусь, и мы их разложим, как будто они друг друга убили.

– Надо бы их обыскать сначала, – заметила она.

– Можешь обыскать их там, если тебе так интересно, – согласился я. – Но ничего не бери.

– Я не занимаюсь мародёрством, – оскорблённо фыркнула она, осторожно проскользнула в дверь и исчезла.

* * *

Разбудил меня громкий стук в дверь. Я резко подскочил, но в дверь всё же стучали, а не ломали её, так что я заставил себя успокоиться и открыть, не выдавая себя паническим видом.

За дверью обнаружилась девчонка лет двенадцати – по человеческим меркам лет двенадцати, о возрасте двергских девчонок я, пожалуй, судить не рискну. Она захихикала, глядя на меня – сонного, растрёпанного и в трусах.

– Чего тебе, красавица? – хмуро спросил я.

Она опять захихикала, но уже кокетливо.

– Там стража просит спуститься, – наконец озвучила она цель визита.

Просит спуститься, а не врывается сама, ломая дверь – это обнадёживает.

– Передай, что сейчас оденусь и спущусь, – сказал я и закрыл дверь.

Я не только оделся, но и по-быстрому умылся – всё же со стражей, да и вообще с властями, лучше разговаривать с ясной головой, а не спросонья.

Внизу меня дожидались два стражника и дверг в штатском – возможно, чиновник.

– Благоволения Матери вам, воины, – поздоровался я. – Прошу прощения, что заставил вас ждать.

– И тебе доброй руды, вершок, – кивнул мне старший стражник. – Хотим задать тебе несколько вопросов.

– Готов ответить, – пожал я плечами. – Спрашивайте.

– Иди за мной, – распорядился он.

Вполне ожидаемо пришли мы в уже знакомый мне тупик. Наши ночные посетители так и лежали там, но позы были немного другими – их явно обыскивали. Нож Арны по-прежнему торчал в животе у магика.

– Ты знаешь кого-либо из них? – спросил стражник.

– Нет, никого из них не знаю, – уверенно ответил я. – И нет, у меня нет никаких догадок, кто бы это мог быть.

– Не врёт, – сказал штатский стражнику.

Понятно – это эмпат, который чувствует ложь. Вполне ожидаемо – стража часто использует эмпатов в расследованиях. В общем-то, насколько я слышал, эмпатов возможно обдурить, но нужно очень тщательно формулировать свои ответы. Один-единственный сомнительный ответ, и они начнут спрашивать уже по-другому.

– Не вру, естественно, – небрежно заявил я. – А с чего вы решили, что я могу их знать?

– У женщины был портрет твоей сестры, – сказал стражник и уставился на меня в ожидании моей реакции.

– Так вот это кто! – воскликнул я с видом человека, совершившего открытие.

– Всё-таки знаешь её? – сделал стойку тот.

– Рассказывали мне, что какая-то женщина ходит с этим портретом, якобы ищет свою сестру. Но у нас никакой сестры точно нет, так что мы решили, что это какие-то жулики или вообще бандиты. Сами мы с ней не встречались и не разговаривали.

С живой не встречались, а с мёртвой не считается, так что вполне потянуло на правду. Во всяком случае, эмпат мой ответ принял.