— По мнению кого? — спрашивает мама, пораженная. — С моей стороны возражений не будет.

— Я понял, что моя жена — та самая, в день, когда встретил ее, — вставляет папа.

Прежде чем я успеваю вступиться за Саммер, Ви рявкает:

— Если она не готова переехать к нему, значит, не готова. Они взрослые, могут принимать собственные решения, и им не нужны ваши с мамой вмешательства.

Она толкает коробку в руки Килиану, затем Аресу, прежде чем поторопить их обоих к дому.

Саммер бросает на Ви маленький благодарный взгляд. Что-то определенно изменилось между ними двумя, но Ви еще не полностью избавилась от своих подозрений. Возможно, Саммер этого не замечает, но я знаю свою сестру и узнаю этот скептический блеск в ее глазах всякий раз, когда Саммер рядом.

— Ладно, ладно. — Мама отмахивается от сестры. — Будем молчать.

Впервые я действительно благодарен Ви за то, что она сует нос в мои дела.

После двух часов, в течение которых Ви раздает команды, папа предлагает починить идеально исправную мебель Саммер, мама все переставляет во имя потока энергии, Арес дразнит Ви, а Килиан ругается каждый раз, когда ударяется пальцем ноги или локтем, Саммер заказывает пиццу и пиво для всех. Даже Ви, для которой пиво — моча, участвует.

Как я ни благодарен им за помощь, я еще больше благодарен, когда они оставляют нас с Саммер расслабиться в ее новом доме. Она исчезает, чтобы переодеться в простое хлопковое платье, и присоединяется ко мне на ее новой кухне.

Это временно. Она будет здесь только до тех пор, пока не будет готова переехать ко мне. Надеюсь, это произойдет скоро. Я сделаю все, что смогу, чтобы убедить ее.

Она прыгает на стойку, болтая ногами, допивая последний глоток сидра.

— Грустно говорить, что я скучаю по той квартире, потому что именно там ты впервые вторгся в мой дом?

— Грустно говорить, что я скучаю по твоей квартире, потому что именно там ты впервые держала меня на острие ножа?

— Мы всегда можем повторить. — Ее губы изгибаются в игривой улыбке.

Саммер раздвигает ноги, демонстрируя отсутствие трусиков под платьем.

У меня текут слюнки. Каждая другая мысль — о ее новом жилье, о неопределенном будущем наших отношений — исчезает из головы.

— Ноа? — Она тянет меня за гильзу на моей шее. — Хочешь помочь обжить новый дом?

Глава 24

САММЕР

Это, пожалуй, худший отпуск в истории человечества.

Все идет не так. Наш уютный домик в горах больше похож на уединенную лачугу. В воздухе воняет плесенью и затхлостью, на потолке пятна воды, абажуры в каждой комнате покрыты толстым слоем пыли. Виктория и Карсон препираются с того момента, как вышли из машины, и я подозреваю, что они начали задолго до приезда. Когда Виктория не спорит с Карсоном, она огрызается на Ареса, который, кажется, с удовольствием нажимает на ее кнопки. Килиан травмировался дважды за первые четыре часа, и мы узнали, что кондиционер не работает, поэтому включили единственный вентилятор, который нашли в шкафу, и молились, чтобы мы не расплавились. Как будто наше пребывание не могло стать хуже, этим утром Дэвид нашел мертвую крысу на дорожке. Она была огромной, и если бы она не была мертва, я бы с криками убежала и помчалась домой.

Карсон предложил Виктории принести ее внутрь и положить на стол, чтобы Ноа сделал искусственное дыхание. Если бы взгляды могли убивать, Карсон упал бы замертво прямо тогда. Она не сказала ему больше ни слова за весь день.

Кристин и Дэвид невероятно щедры, что оплатили нам всем поездку на их тридцатую годовщину, но у меня были кошмары более приятные, чем последние сорок восемь часов. Эти двое оптимистичны, что наша удача повернется, но все остальные, кажется, так же несчастны, как и я. Если бы не угроза Виктории физической расправой, я уверена, Карсон уже уехал бы.

Я не могу понять, кого она ненавидит больше — Карсона, Ареса или меня.

Даже после нашего неохотного разговора по душам пару недель назад я все еще чувствую ее наблюдательный взгляд, куда бы я ни пошла. Клянусь, я буквально чувствовала, как ее взгляд прожигает мою кожу, когда мы с Аресом говорили один на один об одном авторе фэнтези, которого мы оба любим.

Этот отпуск должен был быть веселой поездкой. Даже лучше, он должен был стать возможностью сблизиться с семьей Ноа. Наконец убедить Викторию, что Ноа — единственный мужчина, на которого я положила глаз. Но если что, завоеванный с таким трудом прогресс с Викторией идет на убыль.

При полной луне и россыпи звезд в обширном кобальтовом небе прохладный ветер пронизывает мою куртку, и я натягиваю капюшон. Даже в июле ночная температура в горах Мэна может опускаться до сорока градусов.

В руке мой телефон вибрирует с сообщением.

Хейзел

Я признаю, что это довольно хреново и звучит как худший отпуск в истории.

Но, по крайней мере, ты можешь кататься на лице Ноа каждую ночь?