Вежливый способ сказать, что я одна из тех, кто наиболее готов перерезать горло без колебаний. Что ж, ладно.

— Ты понимаешь ставки, — говорит Старейшина Фэрроу, не вопрос, а утверждение. — Если эта технология или магическая способность распространится среди чистокровных, они смогут систематически уничтожить нас. Не только наш ковен, но и всех темнокровных повсюду.

Я прекрасно понимаю ставки. Это не просто защита нашей территории или ресурсов — это предотвращение вымирания. И как бы совет иногда не раздражал меня своей осторожностью и политикой, я не намерена позволять какому-то оружейнику-чистокровному угрожать моей семье и моему народу.

— Мне понадобится все, что у нас есть, по всем протоколам безопасности Хитборна, — говорю я, принимая миссию, не сказав этого явно. — И полный доступ к арсеналу.

Корвин кивает. — Уже организовано. Явись в подготовительную камеру после этого заседания. Полный пакет инструкций ждет тебя там.

Члены совета начинают собирать свои документы, сигнал, что формальная часть этого заседания подходит к концу. Когда они поднимаются со своих мест, Старейшина Рид кладет узловатую руку на мою руку.

— Будь осторожна, дитя, — шепчет она. — От твоего успеха зависит больше, чем твоя жизнь.

Я даю ей улыбку, которая не достигает глаз. — Разве я когда-либо не осторожна, Старейшина Рид?

Она не отвечает, только один раз сжимает мою руку, прежде чем отпустить. Я понимаю ее беспокойство. Эта миссия отличается — я буду глубоко на вражеской территории с уменьшенными силами, выслеживая цель с беспрецедентными способностями, с минимальной поддержкой. Риск необычайный.

Но тогда и я необычайна.

Когда члены совета выходят, Корвин остается позади, его высокий силуэт вырисовывается на фоне парящих огней.

— Эсме, — говорит он тихо. — Есть еще кое-что, что ты должна знать.

Я жду, внимательно наблюдая за его лицом.

— Эта миссия не была единодушной, — признается он. — Некоторые считали, что мы должны попытаться захватить, а не убить. Другие думали, что мы должны отправить команду, а не одного оперативника.

— Но ты их переубедил, — замечаю я.

Он кивает один раз. — Команда увеличивает риск обнаружения. А что касается захвата... — Его глаза твердеют. — Мы не можем рисковать, принося что-то настолько опасное на нашу территорию. Не когда мы его не понимаем.

Я поднимаюсь с места, засовывая папку под мышку. — Я не подведу тебя, Корвин. Никогда не подводила.

— Я знаю, — говорит он, и на мгновение я ловлю проблеск чего-то, что может быть беспокойством под его обычной стоической внешностью. — Вот почему это должна была быть ты.

Когда я выхожу из комнаты, вес миссии полностью ложится на мои плечи. Через три дня я войду в самое сердце вражеской территории, играя роль, которая может убить меня или хуже, если я хоть немного ошибусь. Но под этим весом есть что-то еще — трепет, темное предвкушение. Пусть Мазров и его глаза, полные пламени, идут на меня. Я покажу ему, что происходит, когда угрожаешь Салем.

Бабушка Эстер всегда говорила, что у меня талант навсегда устранять угрозы. Пора доказать ее правоту.

Глава 5

Коридор за пределами зала заседаний кажется холоднее, чем должен, даже для подземных уровней нашей академии. Я иду размеренными шагами, ритмичный стук моих ботинок о камень отражается от стен, выложенных многовековыми картинами, изображающими наши родовые победы. Вес папки с заданием в моих руках кажется непропорциональным ее фактическому размеру — тонкая папка, содержащая то, что вполне может быть смертным приговором. Моим или Мазрова. Я полна решимости убедиться, что последнее.

Факелы мерцают в железных подсвечниках вдоль коридора, отбрасывая мою тень в нескольких направлениях, пока я прохожу. Их пламя не согревает воздух; никогда и не согревало. Наш вид предпочитает холод — он держит разум острым и напоминает нам об объятиях могилы, которые мы научились манипулировать, а не бояться.

Я могла бы умереть четыре раза в прошлом году, на миссиях менее опасных, чем эта. Разница тогда была в том, что я могла призвать дух моей бабушки, черпать силу нашей родовой магии и сражаться с полной силой моего темнокровного наследия. На этот раз я войду на вражескую территорию с намеренно приглушенной силой, выслеживая цель, специально созданную, чтобы уничтожить меня.

Восхитительные шансы. Именно такие, какие мне нравятся.

Подготовительная камера лежит в конце редко используемого коридора, мимо тренировочных комнат и арсенала. У немногих есть допуск сюда — только те, кто назначен на высокорисковые секретные операции. Я была здесь шесть раз в жизни. Две из тех миссий чуть не убили меня.

Я прижимаю ладонь к тяжелой двери, окованной металлом, чувствуя знакомый укол, когда кровавый замок берет образец. На мгновение сопротивление, затем серия щелчков, когда древние механизмы узнают мою кровную линию и предоставляют доступ. Дверь бесшумно распахивается внутрь на тихих петлях, открывая камеру, залитую холодным синим светом.