— И не мечтай, служанкам такое не по карману, — я кивнула в сторону слуги, который уже записывал имена на бумажках и собирал золотые со всех желающих.

— А если я найду золотой? — не отставала Эна.

— Не глупи. Во-первых, тебя всё равно не запишут, а во-вторых, вызовешь гнев Корнелии. Пойдём разносить еду дальше, а то дама во втором ряду уже устала рукой махать.

Генерал Савьен отстрелялся мастерски, его стрелы одна за другой расщепляли предыдущую.

Рейн нехотя вышел на позицию, будто затея Савьена была ему не по душе. Подозвав слугу и отдав тому лук, одним движением развязал чёрный шейный платок и завязал себе глаза.

— Вот это заявка! Генерал Рейн решил усложнить себе задачу! — выкрикнул герольд.

Зрители замерли, предвкушая зрелище. Но генерал удивил их ещё больше: развернулся к мишени спиной, и слуга с поклоном подал ему лук. В напряжённой тишине отчётливо скрипнула натягиваемая тетива.

Подняв лук над головой обеими руками и медленно выгнувшись назад, Рейн спустил стрелу через себя, не видя ни цели, ни неба.

Стрела ушла точно в центр.

Гости ахнули, кто-то зааплодировал. Савьен схватился за голову.

— Это невозможно! — заорал он, перекрывая смех. — Проиграл!

Бросив собственный лук в траву и прижав руку к сердцу, генерал объявил:

— Ах, дамы, кому же сегодня повезёт?

Вперёд выступил герольд с лаковой шкатулкой в руках. Дамы подались ближе, не сводя с неё глаз.

Герольд запустил руку в шкатулку, помедлил, то ли для пущего эффекта, то ли просто перемешивая бумажки, и наконец вытянул одну. Развернул. Скользнул взглядом по имени, и на лице его дрогнул уголок губ.

— Госпожа Орелия Дюмон!

Мгновение все оглядывались, ища счастливицу. А затем с места, шурша пышными юбками канареечного цвета, поднялась дама. Полная, румяная, лет сорока, вся в драгоценностях, что вспыхнули на солнце разом. Она прижала унизанные перстнями ладони к груди и счастливо вскрикнула:

— Я! Это я!

По рядам прокатился сдавленный смешок. Юные девицы разом сникли, кто-то прятал улыбку за веером.

Но Савьен и бровью не повёл. Улыбка не покинула его губ, напротив, стала только шире и теплее. Он шагнул навстречу даме и склонился в безупречном поклоне, словно перед самой королевой.

— Госпожа Дюмон, — произнёс он с такой искренностью, будто всю жизнь мечтал именно об этом, — небо ждёт нас.

***

Уважаемые читатели!

Новая книга моба "Скованная драконом"- от Леси Филеберт:

"Подарок для дракона. Вляпалась!" (клик)

У меня было три проблемы: аллергия, мигрень и кредиты.

А у него проблем не было... пока в его жизни не появилась я.

Меня похитили и притащили в другой мир в качестве подарка для... стоп, для кого?!

Он хотел только тишины, покоя, заслуженного отпуска.

И возвращаясь домой, он был готов к чему угодно... кроме этого.

Глава 10

— Не будем затягивать с выдачей приза!

Рассмеявшись, Савьен было двинулся на середину поля, но, неожиданно о чём-то задумавшись, развернулся обратно к рядам с гостями.

Женщина, вставшая ему навстречу, вспыхнула до корней волос. Среди молодых девиц на отборе она смотрелась перезрелой. Рядом, выдавая родство схожестью лиц, сидела дама постарше — должно быть, матушка. Семейство было не из бедных: и платье, и золото на пальцах говорили о достатке. Видно, этот отбор стал для них последней надеждой пристроить засидевшуюся дочь — ведь нынче судьбы связывала сама магия.

Савьен остановился перед девицей и чуть наклонил голову.

— Вы уверены, сударыня? — спросил он мягко, без всякого бахвальства. — Высоты не боитесь? Если угодно, заменим прогулку на верховую. По земле оно спокойнее.

Женщина вскинула глаза, снова вспыхнула и затрясла головой:

— Не… не боюсь.

Говорила она так тихо и неуверенно, что я на его месте усомнилась бы. Но тут пожилая дама ощутимо толкнула дочь в спину раскрытой ладонью.

— Не боится она, господин генерал, просто стесняется. Иди уже, раз победила.

Девица качнулась вперёд, прижала руки к груди и повторила — твёрже, будто убеждая саму себя:

— Не боюсь.

— Как пожелаете, мадемуазель Дюмон, — обронил он и направился на середину поля.

На мгновение воздух вокруг генерала замерцал. Жёлтый свет полупрозрачным куполом окутал его с головы до пят. Кокон пульсировал, расширялся, и сквозь него я видела, как расплываются очертания человеческой фигуры, вытягиваются кости и проступает чешуя.

Миг, и кокон лопнул, разлетелся искрами, и на его месте появился огромный дракон.

Здесь, на земле, в двадцати шагах, стоял зверь, от которого замирало сердце. Чешуя переливалась медью и багрянцем, каждый пласт, как кованая пластина, плотно пригнанная к телу. Гребень на загривке топорщился золотистыми шипами, и они тихо звенели, когда дракон поворачивал голову.