В этот раз Флоре улыбнулось счастье: она села рядом с генералом Кайроном и тут же завела разговор.

— Генерал, — пропела она, едва подали первую перемену, — вам нравится в наших краях?

Кайрон отвлёкся от еды ровно настолько, чтобы обронить:

— Да.

Флора пыталась ещё задать несколько вопросов, но, натыкаясь на короткие односложные ответы, сдалась. Хотя я ошиблась: она просто ждала перемены блюд. Упорная, даже интересно, повезёт ли ей при магическом выборе?

— А в столице, должно быть, шумно и красиво? Расскажите, как там, при дворе. У нас тут так тихо, провинция…

— Там как везде, — отрезал генерал.

Над столом повисла неловкая пауза. Кларисса замерла с вилкой, не донеся её до рта.

Савьен фыркнул и, перегнувшись через соседа, бросил с ленивой усмешкой:

— Оставьте его, Флора, он неразговорчив. Из него и в походе двух слов не вытянешь, всё больше молчит да хмурится.

Кто-то из гостей сдержанно засмеялся. Флора вспыхнула до корней волос, но улыбку удержала, хоть та и вышла натянутой.

— Что вы, это же прекрасно, мужчина и должен быть немногословен, за ним должна чувствоваться сила. Я люблю таких… — нанесла контрольный удар Флора, открыв перед всеми свои чувства. Тут же поняла, что сказала лишнего, хотя у меня закралось подозрение, что такому трюку её научила матушка. Раз дочь выбрала себе партию, её чувства настоящие, почему и не помочь кровинушке. Возможно, магия, взяв в расчёт влюблённое сердце, соединит Флору и Кайрона.

— Ах, простите, я сыта, да и к представлению нужно готовиться, — красная от смущения Флора подскочила и убежала прочь.

Какая сцена, я словно в театре побывала. Иногда даже забываю, что я служанка, чувствуя себя зрителем.

После обеда все потянулись на луг, туда, где ещё недавно стреляли из лука. Слуги расставили скамьи полукругом, оставив свободное пространство для магии.

Открывали выступления подруги Флоры. Кларисса вышла первой, подняла ладони, и между ними заплясали крошечные пузырьки, переливаясь розовым и лиловым. Они кружились, лопались с тихим хрустальным звоном, а на их месте тут же вспыхивали новые. Гости вежливо похлопали.

После вышла Беатрис, повела руками, и над скамьями неспешно поплыли светящиеся шары, осыпая гостей золотыми искрами. Драконы смотрели равнодушно, и только министр Эрлан одобрительно шевельнул бровью.

Невесты пытались превзойти себя и других.

Одна подошла к краю сцены, взмахнула руками, и из воздуха, будто из невидимого кувшина, полилась вода. Струи закружились, сплелись, и в ее ладонях распустилась прозрачная роза, дрожащая каплями на лепестках. Девушка с улыбкой протянула её Кайрону. Генерал глянул равнодушно и не взял. Роза повисела перед его лицом и рассыпалась брызгами. Кайрон поджал губы, а я прыснула, прикрываясь ладонью.

Следующая девушка опустилась на колено, коснулась ладонями земли, и из травы поднялся алый цветок размером с кулак. Она поднесла его Рейну. Тот поднял бровь, но цветок принял, покрутил в пальцах и передал слуге. Девушка растерянно улыбнулась.

А вот следующая, имени её я не расслышала, понравилась мне куда больше. Она взмахнула руками, и над лугом закружилось облако бабочек, словно ожившие осколки цветного стекла. Они опускались на платья и плечи, а одна доверчиво села мне на ладонь. Я замерла, боясь спугнуть. Другая опустилась Савьену на нос, он сдул её с усмешкой, но в глазах что-то дрогнуло.

Когда объявили Флору, разговоры стихли сами собой. Сестрица была сильнейшей магичкой среди невест, и все это знали.

Она вышла на середину, поправила платье, подняла руки. Воздух вокруг неё замерцал.

Сначала распустился огненный цветок, медленно, лепесток за лепестком, переливаясь от алого к золотому. Кто-то из дам в первом ряду ахнул и прикрыл лицо веером: жар дошёл и до скамей. Внезапно цветок взорвался снопом искр, и из него вырвалась птица, огромная, с горящими крыльями и пылающим хвостом. Она взмыла вверх, заложила круг над гостями и устремилась прямо к Кайрону.

Флора, раскрасневшаяся, с блестящими глазами, вела её взглядом.

Птица кружила вокруг генерала всё ближе, всё отчаяннее.

Лицо Кайрона оставалось спокойным, словно ему не раз приходилось видеть и не такие представления. Птица коснулась его плеча, рассыпалась искрами и истаяла в воздухе.

Флора замерла, ожидая. Гости затаили дыхание.

Кайрон медленно поднял глаза, посмотрел на Флору и еле заметно кивнул, словно поставил галочку.

Флора побледнела, но тут же взяла себя в руки, сделала реверанс и отошла под громкие аплодисменты.

Я стояла у края, прижимая к груди пустой кувшин, и думала: всё ведь должно быть наоборот.

Дракон должен обихаживать павлином свою паву. Флора и чувства, и умения выложила перед ним на протянутой ладони, а он лишь равнодушно смахнул девичьи старания.

Обидно стало за Флору. Пусть я её не любила, но можно же с ней просто поговорить, генерал не дурак, видит её чувства.

***

Добро пожаловать в новинку Орхидеи Страстной