По мере продолжения расследования и приближения процедуры опеки одна вещь становится все более очевидной: Ребекка Ла Салль не такая злодейка, какой ее изображали некоторые СМИ. Она выжила, мать, борющаяся за своего ребенка, и женщина, которая уже неизмеримо пострадала от рук своего покойного мужа.

Семья Ла Салль отказалась давать комментарии для этой статьи.

Статья заканчивается номером телефона национальной службы помощи при домашнем насилии. Я моргаю раз, другой, третий. Что, черт возьми, только что произошло?

— Айла, пойдем найдем Тобиаса. — Я засовываю телефон в карман и протягиваю ей руку, чтобы она взяла. Сейчас уже больше девяти, так что он, вероятно, будет на работе.

Когда мы подходим к офису Тобиаса, Би поднимается со стула, ее улыбка теплая и дружелюбная.

— Доброе утро, Ребекка, Айла. — Откуда-то она достает леденец и протягивает его Айле, которая берет его и тут же засовывает в рот.

— Скажи спасибо Би.

Айла поднимает большой палец. Би улыбается. — Не за что, дорогая.

— Он свободен?

— У него встреча в девять тридцать, но до тех пор он свободен. Заходи. Если хочешь, я присмотрю за Айлой.

У меня вертится на кончике языка отказ, это мой рефлекс. Вместо этого я киваю. — Спасибо. Это было бы здорово. — Я убираю свою руку с руки Айлы. — Оставайся здесь с Би, тыковка. Я ненадолго.

Я стучу в дверь Тобиаса, затем вхожу. Он поднимает голову и улыбается, подзывая меня. — Доброе утро.

— Надеюсь, я тебе не помешала. Би сказала, что ты свободен до половины десятого.

— Конечно, нет. — Он закрывает крышку ноутбука и указывает на стул по другую сторону стола. — Присаживайся. Все в порядке? С Айлой все хорошо?

— С ней все прекрасно. Я оставила ее с Би. По поводу Айлы… — Я прикусываю губу. — Не пойми меня неправильно, но ты можешь перестать покупать ей так много игрушек? У нее их более чем достаточно.

— Ах. — Он откидывается на спинку стула, кожа вокруг его глаз морщится от гримасы. — Я ее балую, да?

— Немного.

— Сообщение получено, громко и четко. С этого момента я буду дарить подарки на дни рождения и Рождество.

— Я ценю это. — Я достаю телефон из кармана и открываю его на статье. — Это твоих рук дело? — Я передаю ему свой телефон.

Он берет его и несколько секунд сканирует экран, затем возвращает мне телефон. — У нас хорошая команда по связям с общественностью. К тому же это правда.

— Я не знаю, что сказать.

— Тебе не нужно ничего говорить. Я сказал, что мы позаботимся об этом. Это только начало. Чтобы подготовить тебя, я ожидаю, что Ла Салль попытаются противодействовать. У них ничего не получится. Как только мы объявим о свадьбе, они откажутся от дела об опеке.

Я хочу ему верить. — Ты кажешься ужасно уверенным.

— Это потому, что я уверен.

— Я не знаю, как я смогу отплатить тебе, — шепчу я.

— Ты уже это сделала, — загадочно отвечает он. Поднимаясь со стула, он обходит стол с моей стороны. — Прогуляйся со мной.

— Но у тебя назначена встреча.

— Я попрошу Би перенести встречу.

Забрав Айлу, мы втроем спускаемся вниз и выходим на свежий воздух. Погода свежая и прохладная, но небо ослепительно голубое, и почти нет ветерка. Айла бежит впереди, счастливая, как говорила моя мать, как свинья в навозе. Она здесь расцветает. Моя душа, столь измученная и надорванная годами насилия, постепенно исцеляется — шаг за шагом, благодаря каждому проявлению доброты. Завтра у Айлы первая встреча с психотерапевтом, специализирующимся на детских травмах, а послезавтра моя очередь. Я нервничаю, но, как бы мне ни было неприятно это признавать, это к лучшему.

Некоторое время мы идем в тишине, хотя она не тяжелая и не неудобная. С Тобиасом такого никогда не бывает. Рядом с ним становится спокойно; он как успокаивающая мазь на ожоге, который, как я только теперь поняла, прожёг меня до самой кости.

Когда мы поднимаемся на вершину холма, к нам приближается женщина средних лет. Защитный инстинкт во мне тут же заставляет окликнуть Айлу, которая находится ближе к этой женщине, чем мы.

— Все в порядке, — говорит Тобиас. — Это моя тетя Элис. — Он поднимает руку в знак приветствия. Айла, заметив незнакомца, подбегает ко мне.

— Тобиас. — Элис расплывается в улыбке, переводит взгляд на меня, затем снова на Тобиаса, приподнимая бровь.

— Как поживаешь, Элис? Это Ребекка, моя невеста, и ее дочь Айла.

Шок, вызванный его описанием меня, даже если оно точное, должно быть отразиться на моем лице. Элис хихикает.

— Держу пари, к этому нужно немного привыкнуть. Приятно познакомиться, моя дорогая. Когда будет сделано объявление?

— Скоро, — говорит Тобиас.

Элис наклоняется к Айле. — Привет, красавица, — говорит она. — Мне нравится твоя шляпка.

Айла прижимается ко мне поближе. — Она застенчивая, — объясняю я. — Она привыкнет, когда узнает тебя получше.