В первые годы после войны 1967 года те, кто ратовал за уход с территорий и переговоры, находились в глубокой обороне. Им было особенно трудно отстаивать свою позицию: геополитическое положение Израиля казалось непоколебимым, а воинственность, проявленная арабскими лидерами в Хартуме, лишь укрепила аргументы против любого компромисса. В такой атмосфере мессианско-националистические взгляды могли только усиливаться. Изменение отношения к необходимости заявить о своих библейских правах наиболее резко проявилось на примере таких городов, как Хеврон — где несколько сотен еврейских поселенцев нуждались в защите как минимум такого же числа солдат, — и Иерусалим. До 1967 года сионистские лидеры могли представить себе еврейское государство без Иерусалима. После 1967 года израильтяне были единодушны в необходимости контролировать весь город. Как показано на рисунке 11, Зелёная линия, разделявшая иорданский Восточный Иерусалим и израильский Западный Иерусалим, была ликвидирована, а юрисдикция израильского муниципалитета была расширена и на Восточный Иерусалим. В Старом городе средневековый Магрибский квартал был снесен, чтобы освободить место для площади перед Стеной Плача; на окраинах городские границы были расширены, чтобы распространить израильскую юрисдикцию на земли соседних арабских деревень. Систематическая политика заселения привела к строительству кольца еврейских пригородов вокруг Иерусалима. И все же, хотя резолюция Кнессета 1980 года провозгласила Иерусалим вечной столицей Израиля, жители Восточного и Западного Иерусалима практически не контактировали друг с другом. Аннексия Иерусалима Израилем не была признана международным сообществом, а сами палестинцы видели в Восточном Иерусалиме будущую столицу своего собственного независимого государства.

11. Иерусалим после 1967 года

При постепенном, пусть поначалу и нерешительном, согласии правительства, а также подгоняемые растущей ностальгией общества по идеалам и трудам первых сионистских первопроходцев, тысячи израильтян в течение десятилетия после 1967 года основали поселения из мобильных домов на Западном берегу и в секторе Газа. Возглавляемое лейбористами правительство Израиля в то время на словах поддерживало обмен земли на мир, но тем не менее вкладывало значительные средства в инфраструктуру поселений на оккупированных территориях. Поселенческая деятельность резко активизировалась после выборов 1977 года и победы партии «Ликуд» над лейбористской партией. Поражение рабочего сионизма на выборах после десятилетий политического доминирования во многом объяснялось его неспособностью дать четкий идеологический ответ на вопрос о легитимности поселенческого проекта. Растущее разочарование в лейбористской партии также было связано с ростом политической активности евреев-мизрахи, которые испытывали все большее отчуждение из-за политики ашкеназской элиты этой партии. Группы мизрахи составили костяк поддержки, обеспечившей победу Менахема Бегина и партии «Ликуд» на выборах 1977 года. Бегин стремился к расширению строительства поселений, чтобы заставить будущие правительства сохранить контроль над этими территориями, и ввел ряд государственных субсидий, призванных повысить привлекательность территорий не только для участников религиозного поселенческого движения. Многие поселения, построенные вдоль Зелёной линии, ориентировались на тех, кто ездил на работу в Тель-Авив и Западный Иерусалим. Для Бегина подписание Израилем мирных соглашений с Египтом в 1979 году стало одновременно началом и концом соглашения «земля в обмен на мир».

Независимо от того, создавались ли поселения из идейных соображений или из соображений удобства, все они усиленно охранялись силами военной оккупации, которая ложилась тяжелым бременем на палестинских жителей. Израиль жестко ограничивал экономическую жизнь на оккупированных территориях: например, сельскохозяйственные земли экспроприировались под израильские поселения и военные объекты, а орошаемое земледелие страдало из-за того, что армейские офицеры отказывались выдавать разрешения на рытье колодцев. Тем временем на оккупированных территориях широко продавалась субсидируемая израильская сельскохозяйственная продукция. Палестинская экономика попадала во всё большую зависимость от нужд растущей израильской экономики и подчинялась им. Палестинские батраки уезжали из дома на заработки в Израиль или даже нанимались строить еврейские поселения, в то время как обладатели необходимой квалификации искали работу в богатых нефтью странах Персидского залива.

Палестинцы