В каком-то смысле, как и моя собственная мать. Может, меня никогда и не били, но мной пренебрегали, предоставляли самой себе и выбросили, словно я ничего не значу. Моя мать не смогла ни любить, ни лелеять меня. Она не смогла меня защитить. Наверное, в этом мы с Сайласом, а также с Софией, похожи. Может быть, поэтому я не осуждаю его поступки. Эта мысль пугает меня. Тот факт, что я могу согласиться с этими убийствами. Возможно, я куда более испорчена, чем мне казалось.

Тяжелый стук в парадную дверь заставляет меня подпрыгнуть на стуле. В этом доме хоть когда-нибудь перестанут меня пугать? Недоумевая, кто бы это мог быть, я проверяю время на телефоне. Черт, штукатур. Вскочив с места, я направляюсь к двери и распахиваю ее; передо мной стоит мужчина в годах в коричневом поло и черных брюках, держа в руке небольшую спортивную сумку.

— Добрый вечер, я Ник. Вы, должно быть, Айрис? — Мне требуется минута, чтобы прийти в себя и ответить ему.

— Здравствуйте, да! Добрый вечер. Я Айрис, все верно. — Я неловко протягиваю ему руку для приветствия. Ник берет мою ладонь в свою, крепко пожимает ее и отпускает. Я прячу руку в передний карман худи и открываю дверь шире, жестом приглашая Ника войти.

— У вас красивый дом. Представляю, сколько здесь нужно работы, он же простоял тут кучу лет, — произносит Ник, поворачиваясь на каблуках и осматривая внутреннее убранство поместья.

— Да, работы тут определенно непочатый край, — говорю я, кивая скорее самой себе, чем ему.

— Не сомневаюсь! Если вы покажете мне повреждения, я смогу быстро все осмотреть, а там уже решим, что делать?

— Конечно. Сюда, пожалуйста. — Я поднимаю руку и указываю на винтовую лестницу.

Ник предлагает мне пойти первой; с некоторой неохотой я делаю шаг на ступеньку, а он следует за мной. Всю дорогу наверх я чувствую на своей спине пристальный взгляд и не могу понять, вызвано ли это зловещей атмосферой дома, или же у Ника просто бегающие глаза. Поднявшись на верхнюю площадку, я показываю Нику небольшие повреждения на стенах между дверьми, а затем мы переходим в спальню.

Толкнув дверь, я захожу первой, а Ник за мной. Твердо встав в дверном проеме, я замечаю, как его блуждающий взгляд скользит к моей незаправленной постели. Его глаза задерживаются там дольше, чем следовало бы. Я кашляю в кулак, чтобы разбить повисшее напряжение.

— Эм, в общем. Там пара дыр и трещин сбоку от комода, которые нужно заделать. Не могли бы вы взглянуть на них? — произношу я уверенным тоном, хотя внутри меня начинает потряхивать от той странной ауры, что исходит от Ника.

Он поворачивается ко мне с какой-то скользкой улыбкой, а затем подходит к комоду и бросает сумку на пол. Я неловко переминаюсь с ноги на ногу, пока он осматривает стену и делает пометки о предстоящей работе; все это время я чувствую нарастающую тревогу и нервозность. В Нике что-то не так. Он какой-то странный, но я никак не могу понять, в чем именно дело. Внезапно его голос вырывает меня из раздумий.

— Думаю, мы здесь закончили. — Его бодрый тон вызывает у меня мурашки.

Я выдавливаю слабую улыбку и выхожу из дверного проема, пропуская его, стараясь держать дистанцию. Вокруг меня сгущается нервное напряжение; оно такое плотное и тяжелое, что, кажется, его можно резать ножом, пока мы спускаемся по лестнице и направляемся к входной двери. Обхватив себя руками, я благодарю Ника за визит и иду открывать дверь.

— Это и правда красивый дом. А его хозяйка — еще красивее. — Скользкие слова Ника мгновенно проникают в мое сознание, и я пячусь назад, но он тут же делает шаг вперед, вторгаясь в пространство, которое я только что освободила.

— Спасибо, но... думаю, вам пора уходить, — твердо произношу я, делая все возможное, чтобы показать, что я его не боюсь. Что это мой, блядь, дом. Я распахиваю дверь; холодный ночной воздух тут же врывается в прихожую, и я ежусь.

Внезапно в заднюю дверь обрушивается такой оглушительный удар, что Ник замирает как вкопанный, а его ботинки останавливаются в нескольких дюймах от моих босых ног.

— Что это было? — в замешательстве спрашивает Ник; его глаза расширяются от неожиданного звука. Я стараюсь говорить ровным тоном, хотя сама понятия не имею, что это было.

— Просто ветер. Доброй ночи, — говорю я, снова намекая ему на уход.

Его взгляд мечется по комнате, и я замечаю легкую испарину на его лбу. Сейчас темно и уж точно не жарко, так что остается только предположить, что громкий стук его не на шутку напугал. Вот же ебаный трус. И спасибо тому, кто бы ни был причиной этого шума, за то, что спас мою задницу.

Ник быстро пятится назад и выходит за дверь. Я даже не смотрю, куда он идет: тут же захлопываю за ним дверь, запираю на все замки и прислоняюсь лбом к холодному дереву. От такого близкого расстояния мои очки запотевают от дыхания, но мне плевать — я просто рада, что он убрался из моего дома. Но теперь у меня проблема посерьезнее. Что это, блядь, был за звук?

8

САЙЛАС

Ну уж нет, так дело не пойдет. Этот мудак Ник попытался отнять у меня моего маленького демона, а она попыталась исправить мои крошечные дополнения к декору. Лишить меня возможности видеть ее тогда, когда я захочу. Меня это не устраивает, я этого не допущу.