На кону множество жизней! В том числе жизнь моей матери, что, наверное, уже мечется по дому, не зная, куда я пропала. Жизнь моей младшей сестры. Жизни всех, кто живёт в нашей долине и не подозревает, какая тьма притаилась совсем рядом, в этом проклятом лесу!

Я собрала всё своё мужество.

Перехватила камень двумя руками.

Замахнулась, высоко подняв над головой.

Своей целью я избрала всё же висок ёкая. Там, где чёрные волосы разметались, открывая бледную кожу и тонкую голубоватую жилку под ней.

Небо, помоги мне...

Ну же...

НУ ЖЕ!

Я всхлипнула. Из глаз брызнули горячие, злые слёзы, и руки, державшие камень, задрожали так сильно, что я едва его не выронила. Я опустила камень, прижав его к груди.

Не могу!

Не могу отнять жизнь! Даже у него. Даже у чудовища. Мои руки, что привыкли перебирать целебные травы, не могли нанести смертельный удар.

Но… за моё малодушие заплатят многие. Моя слабость станет проклятием для всех, кого я люблю!

“Давай, Рейна! — мысленно закричала я на себя. — Ты должна! Обязана!”

Я снова замахнулась, до боли в пальцах сжимая камень.

И снова опустила руку.

Вдох. Выдох.

Ладно…

Сейчас! Я сделаю это сейчас!

На счёт три!

Раз... два...

Но тут золотые глаза ёкая распахнулись.

Глава 3.1

Но тут золотые глаза ёкая распахнулись.

Отшатнувшись, я ахнула. Повинуясь паническому порыву, резко завела руки с камнем себе за спину. Зачем?! Зачем я это сделала?! Бессмысленное действие! Глупая-глупая Рейна! Был ведь шанс! Один-единственный! А теперь...

Ну да кого я обманываю? Я бы не смогла убить. Даже если бы ударила — разве хватило бы у меня, слабой девушки, сил пробить каменный череп высшего ёкая? Но я бы не ударила…

Мысли пронеслись за миг.

А тем временем Ваалморт-ас смотрел на меня снизу вверх. Пристально. Страшно.

Но при этом ёкай не двигался. Живыми будто были лишь глаза — горящие как солнца — которые буквально пригвоздили меня к месту.

В моих висках стучало.

Я выпустила из рук камень. Он шлёпнулся куда-то в белый пепел позади меня глухо, почти неслышно.

В следующий миг я попыталась отпрянуть, но тут же словно бросок змеи – ко мне метнулся жуткий хвост ёкая. Я взвизгнула, а моя нога уже была оплетена! Хвост стянул мне щиколотку в живой петле и дернул так, что я рухнула на ёкая, моё кимоно стыдно распахнулось. Я упала на Ваалморт-аса, оказавшись в позе наездницы. Только вместо спины коня – рельефный живот ёкая.

Хвост Ваалморт-аса вмиг расплелся на ноге и оплёл мою шею.

Я попыталась вырваться, но хвост держал крепко.

Вот и всё, Рейна. Вот и всё. А ведь был шанс…

Я замерла.

Ждала, что хвост сожмётся сильнее, с хрустом ломая мне шею, или что лезвия на его конце с лязгом сомкнутся, отсекая мне голову.

Но хвост не сдавил шею до конца. Он скорее лежал на ней тугим кольцом. На той самой грани, когда дышать ещё можно, но уже с трудом.

Мои ладони, ища опору, сами собой опустились на горячую грудь ёкая — просто, чтобы удержать равновесие.

— Человечка… — Ваалморт-ас рассматривал меня так, будто видел впервые в жизни, золотые глаза ёкая сузились, — как ты посмела приблизиться ко мне?! Что замышляла? Кто такая? Отвечай немедленно!

Я не хотела ничего говорить!

И вообще не понимала, почему он спрашивает! Разве не знает?

Но его голос имел странную, непостижимую силу. Он словно проникал под кожу, растекался по венам, добирался до самых глубин сознания — и там, в этой тьме, дёргал за невидимые нити, словно кукловод.

“КТО ТЫ ТАКАЯ?” — стучал в разуме вопрос ёкая.

Мои губы начали двигаться сами по себе. Я чувствовала, как они размыкаются, как язык шевелится, складываясь в слова.

— Я... ваша... законная... жена... — произнесли мои губы чужим, сдавленным голосом.

Золотые глаза ёкая сверкнули презрительным холодом.

Обжигающий взгляд обежал моё лицо, задержался на рыжих локонах, рассыпавшихся по плечам…

А в следующую секунду Ваалморт-ас сел.

Мир качнулся. Я ахнула: теперь я сидела на ёкае ещё более непотребно и близко — верхом, раскинув полы свадебного кимоно.

Ткань задралась, неприлично обнажая ноги. Я горячо ощущала внутренней поверхностью бёдер торс ёкая, наши тела соприкасались жарко и плотно. Живот к животу. Грудь к груди. Ваалморт-ас был почти обнажён — лишь та самая тёмная накидка, закреплённая на бёдрах, не оставляла его совсем уж неприкрытым.

Я ощущала жар его кожи через слои шёлка, чувствовала под моими ладонями рельеф его мышц.

Сердце забилось где-то в горле. Я попыталась отстраниться, но хватка хвоста на горле не позволяла.

Ёкай нахмурился. Его ноздри дрогнули, втягивая воздух. Он прерывисто принюхался ко мне — сначала к волосам у виска, затем повёл носом ниже, вдоль линии шеи, касаясь кожи горячим дыханием.

Я замерла, боясь шелохнуться. Это было пугающе и до жути интимно. Словно дикий зверь обнюхивал свою добычу, решая, съесть её сейчас или оставить на потом.

Задумчиво хмыкнув, ёкай отстранился. И вдруг отнял от своей груди одну мою руку.