Меня переполняла злость, но нужно было держать себя в руках — скандал с Алексом в состоянии крепкого алкогольного опьянения мог привести к чему угодно. Я мысленно посчитала до пяти и спокойно произнесла:

— Прости, но мне больше нечего тебе сказать.

Алекс одним глотком осушил стакан до дна и громко стукнул дном по столешнице. Теперь, пошатываясь, он надвигался на меня. Я непроизвольно отступила назад на пару шагов.

— Моя милая девочка, — его жесткий тон был пропитан нотками фальшивой ласки, — с чего ты взяла, что сможешь так просто уйти от меня? — Мерзкий смешок вырвался из его уст.

Наигранный смех Алекса раздражал. Я еле держалась, сжимая ладони в кулаки.

— Почему ты решила, что вправе бросать меня? Меня! Да кто ты, мать твою, такая, Тея Уилсон? Ты никто. Усекла? Ты моя гребаная шлюха, которую я трахаю, когда пожелаю. Когда мне впадлу искать других. И ты будешь раздвигать для меня ноги, пока мне не надоест, ясно?! — Алекс наступал все ближе. В глазах разрасталась ярость. — Ты дешевка, — раздраженно выплюнул он. — И должна радоваться, что я вообще обратил на тебя внимание. — Он загонял меня в угол и упивался моим страхом. — Так, где твоя благодарность, детка? — Слова звучали приторно мерзко. — Где уважение? Ты должна воду пить, в которой я мыл ноги.

Обнажив оскал, Алекс резко рванул в мою сторону. Я рефлекторно попятилась, но уперлась спиной в стену. Он схватил меня над локтем и сжал с такой силой, что я стиснула зубы от боли.

— Алекс, ты пьян, — дрожал мой голос.

Из последних сил я старалась не кричать и сохранять спокойствие, чтобы не усугубить ситуацию, но внутри тряслась от страха.

— Давай поймаем тебе такси, ладно? Я спущусь с тобой на улицу. А завтра встретимся и спокойно поговорим. Хорошо?

— Нет! Мы будем говорить здесь и сейчас!

Он схватил меня обеими руками и резко встряхнул, припечатывая спиной к стене.

— Ай! — взвизгнула я, ощутив столкновение каждым позвонком.

— Поняла меня, сука? Будет так, как я скажу! — Обезумевший взгляд скользнул по моему силуэту. Алекс хищно облизнулся. — И куда это ты так вырядилась? Где была? Отвечай! — Он грубо дернул меня за руку. Глаза мгновенно заслезились. — Трахалась с каким-то уродом?!

— Ты делаешь мне больно! — вскрикнула я, не в силах терпеть.

Алекс плотно сжал челюсти. Ноздри раздулись от частого дыхания. Его рука взмахнула перед лицом, и я крепко зажмурилась, сильнее вжимаясь в стену, но удара не последовало. Вместо этого Алекс плотно впился пальцами мне в горло и нахально попытался протолкнуть свой мерзкий язык мне в рот. Резкий запах виски ударил в лицо. Я уворачивалась, мотая головой, и как только смогла высвободить руки, толкнула Алекса в грудь. Он пошатнулся, но не отпрянул.

— Прекрати! — взвыла я, вытирая подбородок от его слюны, но Алекс даже не думал отступать.

— Ты принадлежишь мне, — зашипел он сквозь зубы. — Ты моя. — Его нос уткнулся мне в шею. — Ну же, девочка моя, я знаю, ты все равно любишь меня. Я никуда тебя не отпущу.

Алекс жадно вцепился пальцами в мои бедра и вдавил меня в стену своим телом. Он схватился за подол платья и грубо задрал его вверх. Алекс до боли сжал мои обнаженные ягодицы и толкнулся пахом мне между ног.

— Не смей меня трогать! — закричала я, размахивая руками. Мои удары приходились по лицу, шее и плечам, но это лишь разжигало в звере ярость.

Мои сопротивления казались бесполезными и слабыми. Они разбивались об Алекса, как волны о скалы. Он продолжал стоять. Продолжал меня лапать. Облизывать. Целовать. Его губы ненасытно впивались в мои плечи, шею, лицо. Зубы прикусывали кожу. Рот оставлял грязные засосы. А я могла лишь плакать и беспомощно скулить:

— Алекс, пожалуйста, хватит!

Грубым рывком он толкнул меня на диван и навалился сверху. Я оцепенела. Никогда не видела его таким. Ни разу в жизни он не брал меня силой. От шока мозг отказывался осознавать происходящее, а тело больше не находило сил сопротивляться. Оно смирилось с безысходностью, подстроилось под неминуемые муки. В какой-то момент я вовсе перестала двигаться. Только слезы продолжали безудержно литься по щекам, прожигая кожу.

Я не верила, что это делает он — тот, в кого я была искренне влюблена и кому доверяла.

— Алекс, умоляю… — прошептала я, уже осознавая, что озлобленная жажда полностью поглотила его. — Я не хочу…

— Расслабься, детка. Нам всегда было хорошо. Я всего лишь хочу напомнить, от чего ты решила отказаться.

— Пожалуйста… Не надо, — это были последние попытки протеста, обреченного на провал.

— Заткнись и получай удовольствие, — рявкнул он, резко проталкиваясь в меня.

Невыразимое чувство отвращения разлилось по телу раскатистой волной.

Мне не было «хорошо». И никогда уже с ним не будет.

Мне не было больно. Но было мерзко. Отвратно. Тошнотворно.

Именно в этот момент я поняла, что буду ненавидеть его до конца своей жизни.