— Не смей! – резко перебила я и выстрелила в него злым взглядом. – Не смей сейчас вот в этом разговоре пытаться заставить меня лучше относиться к твоей новой девушке, на которую ты меня променял!

— Дако, в первую очередь, она твоя подруга.

— Я сказала, не смей! – рыкнула я громче прежнего, и Скай замолчал.

Меня же натурально затрясло. Не от злости. От отчаяния. Я знала это. Очень много раз прокручивала у себя в голове, и убеждала себя саму.

У меня было право обижаться на Ская.

Но Миранда…

Я понимала, что все скажут. Я и сама себе это говорила.

Она ничего не знала. Она не виновата. Ты не можешь злиться на неё.

Но что мне делать, если я злюсь? Выкинуть эти чувства? К сожалению, я не умею. Хоть иди к ментальному магу и проси выжечь тебе часть личности. Потому что по-другому просто по щелчку пальцев относиться к Мире как прежде, я уже не могла.

Да, глупо.

Да, иррационально.

Но едва я думала о ней, едва вспоминала, как мы весело проводили время, как в голове тут же всплывали образы, где её целует Скай. Как они обнимаются. Держатся за руки. Мило болтают и… не только.

В то время, когда я, наивная идиотка, всё ещё смотрю из окна приюта и влюблено думаю о моем Скае, ведь он, конечно же, меня ждёт!

И всё это не вырежешь из себя, как бы ни хотелось.

Возможно, со временем рана зарастет. Но сейчас она болела, и никуда от этого не денешься.

— Прости, – в очередной раз шепнул Скай. – Мне не надо было влезать в это. Но Мира очень расстроена.

— Она бросила тебя? – вопрос сам слетел с губ. – Ты ведь обманывал её.

Скай помедлил, не отвечая, и я поняла всё без слов.

— Ясно. Велико-моральная Миранда стерпела обман, ведь так сильно тебя любит.

— Зачем ты иронизируешь? Мы ведь не были женаты. Это лишь обещание из детства. Да, я не сказал ей сразу и, конечно, она злилась на меня. Но Миранда понимает, что будучи сиротой без близких людей, очень сложно научиться понимать, что такое любовь.

— Ох, вот как. Ну, раз не были женаты… – я фыркнула.

— Я не… я не хотел сказать, что это ничего не значит, Дако. Это совсем не так. Но мы с тобой и правда были детьми. Для Миранды наша связь сродни её желанию выйти замуж за Харланда. Они также в детстве это пообещали друг другу. И посмотри на них. Харланд вырос тем ещё мерзавцем. Нельзя же теперь осуждать Миранду, раз она не сдержала обещание, и не пытается жить с ним долго и счастливо?

Скай усмехнулся. Но мне всё это совсем не казалось справедливым и забавным.

— Ты правда сравниваешь нашу историю с тем, что было у Миры и Харланда? Они любимые дети в обеспеченных семьях. У них с рождения есть больше, чем у нас с тобой вместе взятых сейчас. И я не о деньгах, Скай. Конечно, Миранда куда проще отпускает подобные ситуации. Потому что если у неё отнять любовь детства, то останется ещё очень много всего: родители, остальная семья, фамилия, место в обществе, друзья. А у меня был только ты. Один. И больше никого. Поэтому нельзя сказать «Дакота, ты такая дурочка, если до сих пор обвиняешь меня из-за обещания детства». Ты отнял у меня не первую любовь, Скай. Когда я увидела тебя с Мирандой, у меня рухнул сам смысл жизни. Ты хоть раз представлял себя на моём месте?

Воцарилась тишина. Снег медленно падал мне на щеки, охлаждая разгоряченность чувств, что пылала внутри. Скай ответил не сразу. Какое-то время он задумчиво смотрел на землю перед собой.

— Да, я понимаю. Думаю, если бы я узнал, что ты выбрала другого в ситуации, когда я один, без Миранды, мне было бы до ужаса паршиво.

— И ты бы наверняка также осуждал бы меня?

— Возможно. Хоть и постарался бы понять.

— Я тоже стараюсь. Но боль мешает. И это не пройдет за два месяца. Возможно, со временем рана зарастет. Однако сейчас большего ты от меня не дождёшься.

Я поднялась со скамьи в решительном желании уйти. И всё же задержалась на мгновение, чтобы с тоской в голосе произнести:

— Моего Ская больше нет. Он умер, когда ты решил взять другое имя. И я пока не решила, хочу ли я, чтобы Аксель становился частью моей семьи и жизни. Что же касается Миранды, – голос дрогнул, я тяжко сглотнула, – это я буду решать уже с ней. Не с тобой.

Воздух наполнил хруст снега, когда я зашагала прочь.

— Пока, Аксель.

Глава 4. Я буду говорить прямо

Ласориан

Я шёл по коридорам академии и думал о последних двух месяцах. Поначалу казалось, что совместная жизнь с Дакотой будет утомлять, но в итоге время пролетело незаметно. Приятным благом для нас стало пробуждение её дара. Появилась возможность уделять как можно больше внимания тренировкам, и различные выезды, когда казалось, что я должен «развлекать ребенка», ушли на второй план. Мы довольно быстро достигли уютной атмосферы, в которой вечерами тихо сидели у камина и могли вообще не общаться, занимаясь своими делами. Это дорогого стоило.