И я поняла, что я действительно ошиблась. Но не тогда, когда считала ее бессердечной. А тогда, когда поверила в ее способность кого-то любить.

Дорогие читатели! Хочу рассказать вам о романе Екатерины Кариди

"Не истинная. Изменить судьбу"

Когда-то великий генерал и император Лейгон Эрестор побрезговал прикоснуться к ней, наследнице побежденного рода. Счел Ханну Рааш плохо одетой и некрасивой, а ее дар ему не нужен был даром. Однако он не побрезговал оформить с ней брак. Присоединил к империи земли рода Рааш и перенес туда свою столицу.

А ее выслал. Какой смысл был Великому Дракону церемониться с еще одной ненужной женой, она даже не была его истинной.

Но теперь генерал Лейгон ранен в бою, отравлен проклятием. Он ничего не помнит и не осознает. Изменить это и спасти его может только дар Ханны. И никто не спросит, хочет ли она, ее просто доставят к нему.

Вот только… Дар может подействовать лишь при одном условии.

Глава тринадцатая, в которой Элисон возвращается в госпиталь

Королевский дворец встретил нас непривычной тишиной. Прежде он всегда был полон звуков и огней. А сейчас мне показалось, что в нём словно приглушили свет, хотя вряд ли было возможно заставить свечи в люстрах и канделябрах гореть менее ярко.

Наша семья была уже хорошо известна в столице, так что нам не пришлось вливаться в очередь желающих выразить соболезнование принцу Натаниэлю, что стояла в холле и на крыльце. Нас провели сразу в то помещение, в котором находился его высочество — в малую аметистовую гостиную.

Впрочем, слово «малая» на самом деле к ней вряд ли подходило. Это было просторное помещение, выдержанное в лилово-фиолетовых тонах. Название ему дали драгоценные камни, которыми были инкрустированы рамы висевших на стенах картин. И даже стоявшие в вазе на столе цветы не выбивались из общей цветовой гаммы — это была лаванда.

Принц Натаниэль сидел на стуле с высокой спинкой, но при нашем появлении вскочил. Вскочил слишком поспешно для человека, претендующего на корону Асландии. Ему явно не хватало тех степенности и выдержки, которые монаршим особам прививают с детства. Да и откуда бы ему было набраться столь необходимых для короля качеств, если отец признал его лишь несколько лет назад?

— Ваше высочество! — обратился к нему папенька. — Нам искренне жаль, что наш нынешний визит вызван столь прискорбными обстоятельствами. Гибель его величества стала трагедией для всей страны, и мы все пребываем в печали. Но мы понимаем, что вам лично потеряли не только короля, но и брата. Поэтому прибыли, чтобы сказать вам, что вы всегда можете рассчитывать на нашу помощь и поддержку.

Отец был мастером говорить такие речи. Но именно сейчас она показалась мне неуместной. Все эти красивые, но слишком высокопарные слова словно отвлекали от того, что было куда нужней — простого человеческого участия.

Впрочем, что я понимала в придворном этикете?

Сначала я не поняла, почему именно в этой комнате его высочество принимал нас. Но потом увидела среди картин большой портрет Максимилиана Пятого. Покойный король был изображен на нем в полный рост. Он стоял, крепко держа в руке эфес шпаги. Мне почему-то было стыдно посмотреть на его лицо, и я задержала взгляд именно на этой руке. Как ни странно, но он был тут без перчаток, и я обратила внимание на шрам, шедший от указательного пальца к запястью и скрывавшийся потом под кружевной манжетой.

Должно быть, та война, на которой он погиб, была уже не первой для него. Или же этот шрам он получил, учась фехтованию? Этого я не знала и вряд ли когда-либо могла уже узнать.

Его высочество подошел к нам. Сегодня он выглядел совсем не так, как в тот раз, в библиотеке, когда я увидела его впервые. Он будто постарел на несколько лет. И во взгляде его, и в движениях была заметна растерянность.

И наверняка он еще не до конца осознал, какой груз упал ему на плечи. Его не готовили к той роли, которую ему наверняка придется исполнять. И даже сейчас, разговаривая с нами, он, казалось, не знал, как себя вести.

— Благодарю вас, ваше сиятельство! Мне дорога ваша поддержка! И позвольте мне тоже принести соболезнования мадемуазель Бланш! — он посмотрел на мою сестру. — Вы тоже, как и я, лишились не монарха, а близкого человека, и мне жаль, что то торжество, которое должно было доставить радость всей Асландии, так и не состоится. Жаль, что мой брат не женился на вас. Вы, несомненно, достойны были быть королевой.

Щеки Бланш порозовели, она присела в реверансе.

— Вы очень добры, ваше высочество! Я уверена, что общее горе сблизит нас, и мы с вами обретем друг в друге надежных друзей. Буду рада помочь вам во всех ваших начинаниях!

Она грустно улыбнулась. А его высочество поклонился и поцеловал ей руку.

— О, мне очень нужна будет ваша помощь! Вы же прекрасно знаете, что я лишь недавно стал членом королевской семьи, и я боюсь, что окажусь недостоин стать продолжателем дела моих отца и брата.