– А я тут останусь, – вздыхает так тяжело, будто соглашается на каторгу, чем вызывает у меня в душе волну возмущения. – Смысл вам кругами мотаться, если завтра все равно ехать?

– Да мне не трудно, мам…

– А если тебя на работу вызовут ночью? – перебивает его ласково Ольга. – Я обещала Анатолию Михайловичу помочь с альпийской горкой. Мне что, потом деньги на такси тратить? Да и на свежем воздухе спится гораздо лучше, чем в пыльном центре.

Емельянов стоит с открытым ртом. Да и я чувствую, как у меня неторопливо отвисает челюсть.

Переиграла и уничтожила.

26. Образец выдержки

Емельянов переводит взгляд с матери на меня, будто ищет поддержки. Я победоносно смотрю на него, наслаждаясь моментом.

– Не бойся – не съем, – хмыкаю.

– Ну... ладно, мам, – зять наконец обретает дар речи. – Если тебе так удобнее... Мы тогда поедем, а завтра с утра я заскочу. Или останемся? – смотрит он на Варю.

Замираю, но мне до зуда в ладонях хочется отвесить ему хорошего отцовского леща за излишнюю инициативность.

– Да нет, поехали, я уже настроилась, – быстро отмахивается дочь, и я мысленно сжимаю ее в объятиях.

Наконец дети загружаются в свой внедорожник, а мы стоим возле калитки, провожая их. Я даже успеваю почувствовать легкий укол совести за то, что так откровенно радуюсь их отъезду.

Емельянов поворачивает ключ в замке зажигания. Стартер бодро крутит, но мотор даже не чихает. Раз, второй, третий…

– Что за фигня? – Костя пробует снова.

Стартер надрывно кашляет, делает еще пару оборотов и окончательно затихает, а меня накрывает волной раздражения. Нарочно не придумаешь!

– Ну чего там? – подхожу ближе, заглядывая в салон.

– Не пойму, – Костя хмурится.

– Дай посмотрю.

Меняюсь с ним местами и пробую завести двигатель. Глухо.

Емельянов открывает капот и, подсвечивая себе фонариком на телефоне, пытается углядеть неисправность. Я становлюсь рядом, сложив руки на груди.

– Похоже, бензонасос сдох, – констатирует зять, вытирая руки ветошью. – Надо в город ехать, за новым.

– Так, – мой план снова трещит по швам, но я предпринимаю еще одну попытку спасти остатки вечера. – Берите мою. Она хоть и малолитражка, но до города долетите за час. Купишь деталь, а завтра с утра со свежими силами вставишь.

Костя переводит взгляд на мою “Пиканту”, сиротливо приткнувшуюся у гаража, и едва не морщится. Двухметровый альфач в этой малышке – зрелище не для слабонервных, конечно.

– Да нет, Анатолий Михайлович, – качает он головой. – Неудобная она для меня, я головой в потолок упираюсь. Знаете что? Мы тогда все же на ночь останемся. А завтра с утра я кого-нибудь из ребят попрошу запчасть подбросить.

– Зато можно в “дурака” поиграть! – Варя выбирается обратно из машины, не сильно расстроенная таким поворотом.

– А если вызовут на работу? – делаю последнюю попытку я. – Ты же сам говорил.

– Ну, если вызовут – тогда и поеду на вашей, – пожимает зять плечами, направляясь к калитке. – Деваться-то некуда будет.

Я чувствую, как внутри у меня что-то отчетливо дзынькает, словно перегоревшая лампочка. Вечер перестает быть томным, и теперь у меня в доме намечается филиал детского сада с настольными играми.

Вздохнув, плетусь следом за всеми.

В доме начинается суета. Пока зять уходит в душ, Варя принимается хозяйничать в гостиной. Ольга заправляет кровати свежим бельем, а я стою посреди комнаты, чувствуя себя лишним на этом празднике семейного уюта.

– Ой, а что это за свечи и вино? – голос дочери заставляет меня вздрогнуть.

Она вытаскивает из моего пакета, припрятанного под столом, ароматические свечи в красивых стаканах.

– Это от комаров! – я подхожу и практически вырываю их у неё из рук. – Не трогай, там химия сплошная. А вино я по акции взял, на будущие праздники.

Ольга в этот момент заходит в комнату с подушками в руках. Наши взгляды встречаются всего на секунду. В её глазах пляшут чертики. Она всё поняла. И свечи, и вино, и мой недовольный вид. Она едва заметно кусает губу, чтобы не рассмеяться, и это заводит меня еще сильнее. С вызовом таращусь на нее в ответ.

– Ольга Константиновна, научите меня готовить сметанник, раз уж время выдалось? – Варя переключается на Ольгу, пока я запихиваю инвентарь для романтического ужина обратно в пакет и прячу подальше.

– Конечно, Варюш, – улыбается она, откладывая подушку. – Доставай яйца, сметану и сливочное масло, а я зажгу духовку.

Я сторонюсь, пропуская ее к плите, и усаживаюсь на диван. Наблюдать за тем, как Ольга готовит и общается с моей дочкой – отдельное удовольствие.

– Сметанник очень просто готовится, – она достает из стола глубокую миску. – Сначала делаем песочное тесто. Берешь чуть больше половины пачки холодного сливочного масла и трешь его прямо в муку. Муки нужно стакан с хорошей горкой.

Варя послушно берет терку и натирает масло.

– А сахар? – уточняет.