Торговец засовывает письмо за пазуху и кивает на костер, приглашая присоединиться к теплу и небогатому ужину. Я, конечно же, не отказываюсь – после всего, что произошло со мной это по меньшей мере глупо. Да и неизвестно, как я еще завтра добираться дальше буду.

Каша без масла и ржаной кусок хлеба кажутся пищей богов, а после ароматного чая с мятой, я так согреваюсь, что уже у костра начинаю потихоньку дремать.

Ровно до того момента, когда не начинают ржать кони. Я, двое торговцев их жены и трое помощников резко вскакиваем со своих бревен и видим, как из леса появляются тени.

Разбойники.

Все смешивается в шуме, хаосе криков и отблеске на металле оружия. Ко мне резко приближается один из нападающих, а я выхватываю горящую палку из кострища.

Что ж… Испытание водой было, теперь огнем?

Глава 9

Со стороны телег раздаются женские крики, краем глаза замечаю, как кто-то из помощников достает меч, а кто-то из разбойников уже лезет потрошить телеги.

Но все основное внимание сосредоточено именно здесь, передо мной. Приземистый, лысый, улыбающийся во все свои щербатые пятнадцать зубов разбойник. Он явно не воспринимает меня всерьез, рассчитывая, что я не смогу ни ударить, ни защититься.

Но после всего случившегося в крови словно разгорается пожар. Как на конце моей палки! “Пока жива – борись!”

– Да ладно, красавица, брось каку, идем развлекаться, – выдает этот придурок. – Тебе, может, и понравится. Небось, никто с тобой такого еще не делал…

Что там делали со мной, и что собираются, я дослушивать не намерена, поэтому я перехватываю в ладони палку поудобнее и, замахнувшись, обрушиваю удар на разбойника. Он не ожидает, поэтому я умудряюсь попасть прямо по его плечу.

В разные стороны разлетаются снопы искр, разбойник берет одну не очень чистую ноту, которая быстро переходит в рык, а мне приходится уворачиваться от его меча.

– Ах ты, сука!

После первого взмаха мне удается еще раз ударить его палкой, а вот второй раз меч хоть и плашмя, но попадает по мне и как раз по травмированной руке.

Боль взрывается фейерверками в глазах и заставляет судорожно втянуть воздух. Я роняю палку, а разбойник, изрядно обожженный мной, валит меня на землю. Когда он замахивается кулаком, я малодушно зажмуриваюсь, ожидая удара. Но что-то происходит не так, как я ожидаю.

Вместо него раздается глухой стон, треск ломающихся костей и тяжелый звук падающего тела.

Резко распахиваю глаза и, кажется, уже тогда знаю, что увижу – расплавленное золото в обеспокоенном взгляде. Он как будто безмолвно спрашивает, в порядке ли я, и отворачивается, только когда я едва заметно киваю.

И уже ведь счет два-ноль…

Его сильное тренированное тело, все еще в обрывках ткани и кожи, кажется, принадлежит какому-нибудь богу войны у племен далекого запада. Отблески костра играют на окрашенном кровью лезвии его кинжала, а по тому, как напряжены плечи, понятно, что он намерен разобраться с разбойниками.

Но их же, кажется, тут человек пятнадцать!

Не успеваю я это подумать, как на моего спасителя налетает сразу трое разбойников, один крупнее другого. Этот мужчина движется с невероятной точностью, скоростью и ловкостью. Он не колет, не рубит с размаху – его удары короткие, точные, выверенные. Он не убивает, он калечит, лишая возможности сражаться.

Подрезанные сухожилия руки – выпавший меч, вывихнутая нога – упавший разбойник…

И еще трое нападают, тоже в итоге оказываясь на земле без шансов продолжить бой.

Один решает напасть на мужчину со спины, но тот, словно имея глаза на затылке, резко отступает на шаг, ловит руку в замок и с щелчком ломает запястье. Крик боли разрывает ночную тишину.

Увлекшись дракой, я не замечаю, как ко мне тоже подкрадывается разбойник, зажимает мне рот одной рукой и перехватывает поперек тела другой. Я успеваю только пикнуть, и меня уже тащат к темной кромке деревьев.

Мой спаситель замирает, резко вскидывает руку, запуская свой кинжал в одного из разбойников, который собирается заколоть главного торговца, а потом поднимает ножик одного из бандитов и медленно поворачивается.

Этот взгляд заставляет негодяя за моей спиной замереть.

– Убери от нее руки, и останешься жив, – низким, очень убедительным голосом говорит незнакомец.

Я слышу, как шумно сглатывает бандит за моей спиной, а потом все же отпускает меня. Спаситель ждет, наклонив голову набок и словно рассматривая.

Я же падаю на землю бесформенным кулем, потому что от страха ноги перестают держать, но заставляю себя собраться и хотя бы отползти подальше. Мельком осматриваю лагерь и понимаю, что разбойники остались только на земле. Ни одного, способного побороть даже жену торговца.

– Раздевайся, – командует мой спаситель, а я от неожиданности перевожу взгляд на него.

Бандит издает какой-то очень странный звук, похожий на “кря”.

– У тебя плохо со слухом? – переспрашивает мужчина.

Разбойник мотает головой и скидывает с себя куртку.

– Все. До нижнего белья.