Я никогда не заходил дальше этой части моего маленького плана, что было нехарактерной для меня небрежностью. Обычно я завершаю работу только тогда, когда план выполнен от начала до конца. Наблюдать, планировать и убивать — проще некуда, но в этот раз я действовал не задумываясь. Я использовал свои криминальные ресурсы и перевел все ее средства в другой траст, созданный на ее настоящее имя, и заставил ее «умереть», чтобы она могла начать все сначала, когда объясню, что произошло, и отпущу ее. Но не хочу ее отпускать. Правда. Я уже говорил, что я плохой человек. Да, может показаться, что я хороший парень, но внутри настоящий монстр. Никто не подозревает в убийстве милого фермера-винодела, никто не подозревает в убийстве милого человека в баре, угощающего вас выпивкой, никто не ожидает, что под милым парнем скрывается чудовище-убийца. Быть милым — для меня это маска, которая спасает меня снова и снова, я так привык быть милым снаружи и позволять убийце гноиться внутри, что это вошло в привычку. Когда она здесь, в моем доме, монстру становится немного сложнее скрываться, мне неуютно в моем доме и в самой коже. Не терпится взять себя в руки. Мне нужно кого-то убить. Подойдёт любой.

Я хочу того, чего у меня, возможно, не будет. Я хочу ее. Хочу девочку Мика. Я хочу ее так сильно, что причиняет боль. Хочу держать ее здесь взаперти только для себя. Но я ей не подхожу. Я чудовище, убийца, бессердечный наемник.

Я не могу оторваться от монитора. Я скучал за тем, когда следил за ней. Она была так похожа на Мика. И также была просто красавицей. Меня всегда удивляло, как мало мужчин видел в ее жизни, а до встречи со своим мужем она вообще избегала их. Они всегда кружились поблизости, но она не обращала на них никакого внимания. Я был не против, даже тогда она была моей, правда в моих фантазиях. Я всегда был рядом и наблюдал, но потом перестал! У нее яркие озорные карие глаза отца и тело, которое я бы убил за то, чтобы прикоснуться к нему. Ладно, это не смешно, учитывая мои нынешние обязанности. А еще я уверен, что Мик надрал бы мне задницу из могилы, если бы даже подумал, что я мог представить его дочь обнаженной. Никогда. Нет, он бы просто сделал так, чтобы со мной произошел «несчастный случай».

Я старше ее на одиннадцать лет, ради всего святого, я вообще не должен о ней думать. Она — работа. Бесконечная, как теперь кажется. Мик сказал мне, что я его семья, значит, она тоже? Мне не нравится эта мысль, поэтому я быстро отбрасываю ее в сторону. Я мог бы жить лишь фантазируя о такой женщине, как она, но сейчас она здесь, заперта в своей комнате, и ей некуда идти, потому что, по сути, мертва. Я — все, что у нее есть, и мне это нравится. Эта мысль возвращает игривую улыбку на уголки моего рта, и я постукиваю пальцами по ободку своего бокала.

Интересно, помнит ли она меня вообще? Мы провели вместе всего два часа, и она была просто глупым подростком. Она флиртовала со мной все это время, и мне это казалось забавным. Она все еще выглядит так же, но уже по-другому, она превратилась в настоящую женщину. Вчера у нее был день рождения, и она «умерла», отправившись на вечеринку. Мне следовало бы расстроиться, но я нет, я получаю нездоровое удовольствие, сидя здесь и наблюдая за ней. Ее темные волосы растрепаны после наркотического сна, макияж размазан по всему лицу, а темные пятна туши подчеркивают глаза. Ее движения плавны, она ходит по комнате босиком. Не знаю, где были ее туфли в хаосе переезда среди ночи. Я кручу в руках бокал и продолжаю смотреть, не в силах оторвать от нее глаз.

Мне нужно увезти ее подальше от себя, подальше от этой жизни, и как можно скорее. Я знаю, что она догадывалась, чем зарабатывает на жизнь ее отец, но он никогда не хотел, чтобы она была частью этого. Я отправлю ее и найду ей хорошего наблюдателя. Видит Бог, до сих пор я плохо справлялся с этой задачей. От виски кружилась голова, и мне нужно было отдохнуть. Я выключаю монитор и включаю музыку на стереосистеме на максимум, надеюсь, ей понравится мой музыкальный вкус. Закрываю глаза и на некоторое время теряюсь в звуках любимых песен. Откинувшись в офисном кресле, погружаюсь в фантазии о том, как мог бы удержать такую хорошую женщину, как она. Запускаю руки в эту гриве темных волос. Добрый человек мог бы иметь рядом с собой красивую женщину, но у монстра нет такой роскоши.

Мне нужно было затеряться. Я плохой человек. Она — хороший.

Глава 5

ЭЛЛИЯ

«Я выгляжу живой. Но внутри мертва. В моем сердце есть дыры и течет черная кровь.»

Голливудская нежить, нож под названием «Жажда»

— Спасибо Богу, спасибо папе, спасибо тому, кто это сделал. — шепчу про себя.

Последние восемь лет были адом на земле; для остальных они идеальны. Боже, это был ад, и на прошлой неделе я молилась, чтобы просто умереть. Снова задаюсь вопросом, не умерла ли я, а это рай. Я столько раз мечтала вернуться сюда за эти годы. Из окна видна долина, раскинувшаяся на многие мили. Я нахожусь в спальне своего детства. За прошедшие годы она была переделана, но я знаю, где нахожусь. Мои плакаты Green Day исчезли, розово-черные стены теперь бледно-зеленые, а постельное белье с Hello Kitty заменили на разумные взрослые вещи. Все сделано с большим вкусом, почти как в гостевом доме. У того, кто меня забрал, хороший вкус в музыке, поскольку она наполняет воздух вокруг меня, и я чувствую, что им нравятся мои меланхоличные песни, которые будоражат душу. Что меня беспокоит, так это то, почему я здесь? Я прочитала газету, которую тот, кто привел меня сюда, оставил на столе. Они хотели, чтобы я точно знала, что со мной произошло, а что нет. Может быть, я умерла? В голове туманно и немного неясно.