- Будет вам экскурсия в субботу, - вздохнул я. – Но имейте в виду: это чистейший иррсинн и жутчайший бред, потому что я действительно совсем не знаю ваш прекрасный город.

- А, чего там знать, - пренебрежительно махнула рукой она. – Автобус придет в десять утра на площадь, прямо к дверям вашей дорогой редакции. Спасибо за помощь! И вообще, рада знакомству.

- Взаимно. Поздравляю с наступающей годовщиной, и передайте мои поздравления герру Рудольфу.

- Вы знакомы с моим мужем? – удивилась она.

- Нет, - честно ответил я, - Но отчего бы не поздравить уважаемого кхазада?

За тонкой перегородкой отчётливо хрюкнул Отто Брунович.

Глава 8. Экскурсия

Не могу сказать, что утро вышло добрым. Хотя с погодой до сих пор везло и дождя не предвиделось – тут всё хорошо, - сам я ощущал некоторую пришибленность – и было, с чего. Распрощавшись с лишившей меня выходного кхазадкой, я бросился искать факты по истории Тарусы, счастье еще, что редакционный комп был подключен к полноценному сетевому каналу. Найденную информацию я, как мог, систематизировал и постарался выучить. Потом, уже в сумерках, прошел по намеченному маршруту[1], репетируя экскурсию. Заскочил домой, поел, не удержавшись, поиграл немного на гитаре. Нафаня, в целом, одобрил, а вот нежные (хоть и толстые) пальцы протестовали против такого издевательства. Ну, да лиха беда начало: ради мечты и не такое потерплю, а мозоли нарастут быстро.

_________________________________

[1]Жителей и знатоков реально существующего на Земле города Таруса прошу не забывать, что дело происходит на Тверди, где все несколько иначе.

Вернулся в редакцию. Еще раз прогнал маршрут, а после принялся учить стихи Марины Цветаевой. Короче говоря, домой вернулся около полуночи, и там, вместо чтобы упасть на кровать, еще часа полтора насиловал пальцы гитарой. В итоге я изрядно не выспался, пальцы левой руки отчаянно саднили, но всего-то две чашки кофе перед выходом – и к бою я был готов.

На моем плече, оставаясь для всех невидимым, сидел Нафаня. Домовой упросил взять его с собой, мотивируя скукой и непреодолимым желанием «развеяться». В последнем прозвучал намек на скрытую угрозу: мол, если он не «развеется», произойдет что-то нехорошее. Но я с устатку не придал этому значения и, как выяснилось чуть позже, напрасно.

Точность – вежливость не только королей, но и аристократов, поэтому небольшой автобус остановился на Серпуховской площади ровно в десять. Из него вышли экскурсанты – два молодых человека и три девушки, в одной из которых я узнал Наташу. Сердце немедленно забилось с частотой дизель-генератора, в голову полезла всякая чушь, и последним усилием угасающего разума я призвал себя-старого. Этот самый я-старый отодвинул меня-молодого подальше, приглушил в голове бурление юношеской дури, натянул на лицо маску спокойствия и повёл меня навстречу гостям. Интересная успокоительная техника, к слову. Надо запомнить, как я это сделал, и взять на вооружение – точно пригодится ещё не раз.

- Приветствую вас в Тарусе, дамы и господа! Меня зовут Фёдор, фамилия – Нетин, работаю редактором местной газеты «Тарусские вести», и сегодня я проведу вас по улицам нашего города и расскажу и его историю, и истории людей, оставивших свой след в нашем милом захолустье.

- Здравствуйте, Фёдор Иванович, - кивнула Наташа. – Не ожидала, право, вас тут встретить…

- Твердь тесна, Наталья Константиновна, а уж наша губерния – и того теснее. Счастлив видеть вас в добром здравии.

- Вы что, знакомы? – округлила глаза высокая брюнетка.

- Да, Надя, потом расскажу, - тихо ответила Наташа.

- Владимир Андреевич Дубровский, - протянул руку тот из молодых людей, что постарше.

- Очень приятно, - ответил я, пожимая руку.

- Кстати, сударь, - довольно неприязненно произнес экскурсант помладше. – Что-то не припомню Дубровских среди дворянства губернии…

- Мое имение Кистенёвка находится в Бобровском уезде Воронежской губернии, - пожал плечами Владимир. – Был в ваших краях проездом и, располагая свободным временем, счел для себя возможным присоединиться к вашей прогулке. Вы возражаете, сударь?

- О, нисколько, - пошёл тот на попятный. И уже мне: - Михаил Телятевский, - но руки не подал.

- Надежда Давыдова, - представилась брюнетка.

- Маргарита Пушкина, - назвалась светловолосая полноватая девушка.

- Душевно рад, - изобразил я полупоклон. – Ну, раз мы все друг другу теперь представлены, начнем нашу прогулку. И начнем мы ее как раз с Пушкина. Замечательный наш поэт Александр Сергеевич, проезжая эти места, оставил в своем дневнике полушутливое стихотворение:

С лип осыпается листва,

Кричат по всей Тарусе гуси –

Они лишь, Господи Иисусе,

Ждут без восторга Рождества…

Уверяю вас, гусей и кур в Тарусе до сих пор хоть отбавляй. Вероятно, эта площадь – единственное место, где их не увидишь… Хотя, нет, - вон один бежит.

- Скажите, Фёдор Иванович, - прервал меня Дубровский. – А откуда началась Таруса? С этой площади?