Бастиан не смог продолжить, когда она наклонила голову и лизнула его от основания до кончика. Не останавливаясь, она обхватила губами головку его члена и втянула его в рот.

— Блядь, — выдохнул Бастиан. Каким-то образом он сумел отпустить постельное бельё и собрать волосы Изольды в свои руки. Она двигала головой вверх-вниз, кружа языком вокруг его головки, и понемногу брала его в рот всё больше и больше. — Блядь, Изольда. Это так хорошо.

В глазах появился блеск, она продолжила, рука двигалась синхронно с её ртом. Бастиан едва мог дышать от ощущения её рта на своём члене. Между тем, как она смотрела на него снизу вверх, пока брала его, и ошеломляющим запахом её возбуждения, ему требовалось всё, что у него было, чтобы не начать трахать её рот.

А затем рука, которой она работала, упала и легла на его бедро, зеркально отражая другую. Он почувствовал, как её челюсть расслабилась вокруг него, и, глядя на него снизу вверх, она приподняла одну светлую бровь. Руки Бастиана сжались в её волосах, и она подала ему крошечный кивок.

Бастиан больше не мог сдерживаться. Он держал её голову неподвижно, его пальцы запутались в её волосах, и толкнул бёдра вверх, вонзая свой член в её рот. Её пальцы впились в его бёдра, но её взгляд не дрогнул, её гипнотические голубые глаза были прикованы к его.

Два толчка, и Бастиан почувствовал, как его разрядка нарастает у основания позвоночника. К третьему он уже стонал в полный голос, низкие, отчаянные звуки, которых менее сильный мужчина мог бы стыдиться.

Изольда принимала его так, будто это было пустяком. Кончик его члена ударялся о заднюю стенку её горла, и её глаза искрились. Одна из её рук скользнула вверх и провела по ложбинке в центре его живота, в то время как другая вернулась к его яйцам.

— Я близко, — предупредил он её. — Блядь, Изольда, я так близко.

Круговые движения бёдер Бастиана стали хаотичными, когда его пик нахлынул на него. Он толкнулся раз, другой, а затем попытался вытащить член изо рта Изольды, не желая кончать ей в горло, если она не.

Её руки снова взметнулись к его бёдрам, фиксируя его на месте. Кончик члена Бастиана снова ударился о заднюю стенку её горла, и затем он кончил.

Его позвоночник стал жёстким, когда он достиг пика, но Изольда не пропустила ни секунды. Она подхватила темп, который он задал ранее, продолжая работать, пока он изливал себя в её горло. Бастиан задыхался на протяжении всего этого времени, и всё же Изольда удерживала его взгляд, двигаясь, пока не проглотила все до последней капли его спермы.

Только тогда она подняла голову, отпустив его член, и села обратно. Улыбка плясала на её губах, пока она демонстративно вытирала уголки рта большим пальцем.

— Что ж, — сказала она, выглядя весьма довольной собой, пока Бастиан задыхался, растерянно глядя на неё снизу вверх. — Чувствуешь себя лучше?

Бастиан смотрел, как Изольда соскользнула с кровати, её светлые волосы были растрёпаны от того, как его руки запутались в них. Она наклонилась, открывая Бастиану чрезвычайно дразнящий вид на свою задницу, и развязала сапоги. Она сбросила их, затем носки, прежде чем повернуться обратно к нему лицом.

— Тебе что-нибудь ещё нужно? — спросила она, её руки упёрлись в её стройные бёдра. — Воды? Чаю? Что-нибудь… поесть? — В уголках её рта играла полуулыбка, когда она говорила это, словно не знала, что еще предложить ему.

— Как давно ты вампир? — спросил её Бастиан.

— Десять лет, — ответила она охотно. — А что?

— Это столько времени нужно, чтобы забыть, какая еда нужна смертным существам?

Её улыбка стала застенчивой, а затем немного печальной.

— Наверное, такие вещи как бы… ускользают, когда тебе больше не нужно о них беспокоиться.

О. Бастиан не хотел быть бестактным. Она сказала, что скучает по человеческой еде, но он не совсем представлял, каково это.

— Извини, — мягко сказал он.

— Всё в порядке, — ответила она. — А теперь, правда. Тебе нужно что-нибудь выпить? Поесть?

— Нет, — сказал ей Бастиан. — Я пока в порядке. Спасибо.

Она постояла немного, глядя на него. Её руки упали по бокам и беспомощно затрепетали там. Бастиан внимательно наблюдал за ней, ожидая, что она набросится на него, когда реальность наступит и она осознает, что они только что сделали.

Чёрт, собственные инстинкты Бастиана кричали ему помнить, кто она. Кем она была. Что между ними никогда не может быть ничего большего, чем временные союзники.

В то же время, однако, Бастиан не мог перестать думать о том, как она вторглась в его сознание в полнолуние. Её запах, её голос, воспоминание о том, как сжалось его сердце, когда Эверетт приставил кол к её груди…

Всё время, пока его кости ломались, сам его костный мозг перестраивался, чтобы превратить его из человеческой формы в волка, Изольда была единственным, о чём он мог думать. Её присутствие в его голове было настолько сильнее боли, что всё это казалось более выносимым.